Книга Теперь открой глаза, страница 144 – Николь Фиорина

Это правда: стоить прожить целую жизнь, полную подобных моментов. Но еще в груди что-то тянуло, напоминая о том, что худшее еще впереди. Мия заснула в моих объятьях, но я лежал без сна и сражался с демонами даже после того, как мой рассвет закрыла глаза. Мне все еще нужно было убить человека, нужно было разобраться с проблемой. Призрак и Декс. Я пообещал Мии вечность, но все еще отчаянно пытался сбежать от собственного прошлого.

Мия

Мы оставили Лиама и Джейка и отправились исследовать Гибралтар. Погода стояла идеальная – температура ниже семидесяти, – и я надела джинсовые шорты и кремовую блузку. А также соломенную шляпу, которую Олли купил для меня в Мадриде. Я захватила с собой фотоаппарат, и мы вышли на охоту за кофе. Мы никогда много по утрам не ели: несколько булочек, и уже готовы. Но иногда мы ели завтраки на ужин, и панкейки с шоколадными крошками, которые готовил Олли, быстро превращались в мое любимое блюдо.

Подъем по Средиземноморской лестнице до Высшей Точки Гибралтара дался мне тяжело: четыреста тридцать пять метров от того белого песчаного пляжа, где мы поженились днем ранее. Какие-то туристы сфотографировали нас наверху: нас чуть не сдуло. Отсюда видно даже Африку – прямо через Гибралтарский пролив.

— Видишь те горы в отдалении? – спросил Олли, стараясь перекричать ветер.

Глаза его блестели. Я кивнула, и он продолжил:

— Это Марокко.

Мы спустились вниз и походили по пещере Святого Михаила и Туннелям Великой Осады, а затем вернулись в город, чтобы пообедать. После двух тарелок фидеос аль хорно – как по мне, просто выделывающихся макарон – я показала Олли фотографии.

— Глянь на эту! – восхитилась я.

— Чудесные вышли, – Олли покачал головой с полным ртом еды. – Хочу, чтобы их напечатали в моей книжке.

Я опустила фотоаппарат, и к щекам прилила краска. Я улыбнулась – как улыбалась рядом с Олли всегда.

— Олли, не нужно так говорить только потому, что я за тебя вышла.

— Я это говорю, потому что они в самом деле очень крутые. Как тебе? Следующая книжка: мои стихи, твои фотографии. И почему я раньше об этом не подумал…

Олли снова зажевал свои макароны, а я закричала, когда обезьяна схватила со стола фотоаппарат и понеслась по городу.

Олли выронил вилку и вскочил со стула, бросившись за внезапным воришкой.

Я схватила с земли наш рюкзак и побежала за Олли.

— Олли, не надо, тебя укусят! – прокричала я, отставая от него футов на пятнадцать.

Когда я догнала его, Олли зажал обезьяну в углу, и их окружила толпа. Олли опустился на корточки. Крошечная обезьянка крутила фотоаппарат в лапках.

— Верни фотоаппарат, приятель, – четко попросил Олли, и я скрестила на груди руки, едва сдерживая смех.

— Он может укусить, – произнес какой-то прохожий и погрозил обезьяне пальцем.

Мне хотелось сказать «Я ведь говорила», пока не вмешался другой мужчина.

— Нет, он британец. Все у него получится.

Двое начали ругаться о том, что Гибралтар находился под британским покровительством, пока Олли не повернулся, чтобы утихомирить толпу. Люди замолчали, и Олли протянул обезьянке руку.

— Отдавай сюда эту чертову штуку.

— Он не отдаст тебе ее просто потому, что ты об этом попросил, – пробормотала какая-то дама.

Олли и обезьянка начали играть в гляделки. Толпа наблюдала за ними с замиранием сердца. Все ждали. Прошло несколько напряженных мгновений, и обезьянка уронила фотоаппарат рядом с рукой Олли, на каменную дорожку. Олли подхватил фотоаппарат и встал. Обезьянка понеслась в противоположном направлении. Возможно, это был тот же примат, который помешал нам вчера. Я помнила, как на меня смотрели. Он нас тоже запомнил.