Книга Эш и Скай, страница 113 – Нин Горман, Матье Гибе

Я падаю на руль, дрожа всем телом. У меня не осталось сил даже на то, чтобы нажать на газ и тронуться с места. Но именно это я должна сделать. Эш не стал меня удерживать, мы были лишь игроками – и оба проиграли. Мы не могли выиграть, ведь для того, чтобы одержать настоящую победу, мы должны были нарушить последнее правило… вдвоем.

Гроза разбушевалась не на шутку. Потоки воды обрушиваются на асфальт. Машины останавливаются на обочине, чтобы переждать потоп. Но я еду вперед. Внутри выжженная пустыня, но слез нет. В эти секунды я проклинаю Эша, его прошлое, его раны. Проклинаю Зака, которого никогда не знала. Виню его в том, что он умер и оставил лучшего друга одного. В том, что при всех его талантах он бросил Эша в состоянии, близком к коме, – а как иначе назвать это подобие жизни?

Включаю радио, чтобы собраться с мыслями и продержаться до Блумингтона. Песни сменяют одна другую, но я их толком не слышу. В горле пересохло, я кусаю губы до крови. Костяшки пальцев побелели – так сильно я цепляюсь за руль. Потому что мне нужно за что-то цепляться. В животе комок, который весит, кажется, тысячу тонн.

Я оставила позади столько сил, столько надежд… И что теперь? За что мне бороться?

Прокручиваю в голове каждое его слово, этот треклятый танец, который мы с Эшем исполнили на кладбище, – стоило мне сделать шаг навстречу, и он делал два шага назад. А я вернулась в игру и сбежала, чтобы оказаться подальше от его проблем.

Бесконечное число миль спустя я наконец возвращаюсь в Блумингтон. Здесь гроза кажется всего лишь дурным воспоминанием, но дождь продолжает идти. Я перестаю следить за дорогой, и меня тут же подрезает другая машина. Выкручиваю руль куда сильнее, чем того требует ситуация. Сердце отчаянно колотится в груди. Перед мысленным взором возникает разбитый автомобиль, вытатуированный на коже Эша. Интересно, если я сейчас умру, он будет думать обо мне, как думает о Заке, когда видит ту татуировку? Нет, вряд ли.

Перед лицом гибели каждая секунда тянется целую вечность и вся жизнь проносится перед глазами. Не только та, которую вы уже успели прожить, но и та, что вам осталась. Почему я должна беспокоиться о том, что он почувствует, узнав о моей смерти, когда на самом деле мне стоит в первую очередь спросить себя, хочу ли я жить – или погибнуть в глупой аварии. Испытания, которые я преодолела… неужели всё зря? Черт! Для меня есть место в этом мире, и я не собираюсь вот так просто от него отказываться.

Я резко давлю на педаль тормоза, и машина останавливается, развернувшись поперек полосы и заехав одним колесом на тротуар.

— Твою мать, Скай, возьми себя в руки!

Резко втянув воздух, я бью ладонью по рулю. Вокруг сигналят машины, которым приходится меня объезжать, но сейчас мне все равно. Я пытаюсь прийти в себя и сориентироваться. Где я? Улица кажется знакомой, я точно ходила тут… с ним. Блумингтон – маленький городок, он приютил нашу историю; наши встречи и наши партии остались точками на его улицах. Смогу ли я жить здесь и дальше, если все вокруг напоминает об Эше? Ответ – нет, мне придется уехать, и подальше. Я снова завожу двигатель и через несколько поворотов оказываюсь на Кирквуд-авеню. Прямо перед «Вилладж Дели».