Книга Искушаемая дьяволом, страница 99 – Мишель Хёрд

Большой Рикки колотит во входную дверь, потом оглядывается по сторонам.

Когда дверь открывается, я отвожу руку назад и бью Романо кулаком прямо в нос. Ублюдок отшатывается назад и плашмя падает на задницу.

Он издает стон и прикрывает рукой нос, кровь сочится сквозь его пальцы.

— Я ничего не сделал, – говорит он со смесью замешательства и страха на лице.

Большой Рикки быстро проверяет гостиную.

— Убирайся отсюда! – слышу я его голос.

Через минуту мимо меня пробегает полуголая женщина, и я узнаю в ней одну из стриптизерш в моем клубе.

Делая глубокий вдох, я упиваюсь видом крови Романо, потом снимаю куртку и передаю ее Большому Рикки.

Я также достаю из-за пояса пистолет – и глаза у Романо становятся большими, как блюдца. Я протягиваю оружие Большому Рикки, потому что мне оно не понадобится и я не хочу, чтобы Романо мог до него дотянуться.

— Встань, – приказываю я тихим голосом.

Романо быстро поднимается на ноги и смотрит на кровь на руке, а потом устремляет на меня растерянный взгляд:

— Что я сделал? Я работал в два раза усерднее!

Я качаю головой и оглядываю его дерьмовый домик.

— Я слышал, что ты пристаешь к моим стриптизершам и всем рассказываешь, что ты мой шурин. Либо ты чертовски туп, либо у тебя самые большие яйца, которые я когда-либо видел, – мрачно усмехаюсь я.

На лице Джорджио появляется паника.

— Я просто немного поразвлекался с девочками. Это была безобидная забава.

Я делаю глубокий вдох, глядя на этот кусок дерьма.

— У тебя есть акции, но вместо того, чтобы их обналичить, ты продал свою сестру, чтобы погасить долг.

— Все это в прошлом. Мы…

Я останавливаю взгляд на ублюдке.

— Это не в прошлом, – огрызаюсь я. – Я говорю о восьмидесяти тысячах долларов, которые ты мне задолжал уже после твоего предыдущего косяка. Я говорю о том, что ты откровенничаешь со всеми, кто готов тебя слушать. Я говорю о том, что ты лезешь в мой бизнес. – Из моей груди вырывается рык. – Я говорю о том, что ты издевался над Витторией!

Я делаю шаг к нему.

— Я говорю о том, что ты пожертвовал ею ради трехсот тысяч долларов, а потом осмелился еще раз задолжать в моем казино.

Я делаю еще один шаг, и Джорджио отшатывается назад.

— Я говорю о том, что ты хочешь удерживать контроль над Витторией, пока ей не исполнится двадцать пять, чтобы ты смог наложить свои грязные лапы на ее наследство.

Глаза Романо расширяются еще сильнее, и я издаю мрачный смешок.

— Я знаю все.

— Мистер Риццо… п-пожалуйста, – заикается Джорджио, отступая еще на шаг.

Я медленно качаю головой, мой взгляд пронзает его со всей жестокостью, на которую я способен.

— Ты причинил боль женщине, которую я люблю больше всего на этой Богом забытой планете, а потом посмел сунуть свой нос в мой бизнес.

Джорджио падает на колени и умоляет:

— Простите. Я больше никогда не причиню боль Виттории. Я буду держаться подальше от стриптизерш и казино.

— Так я тебе и поверил, – рычу я.

Нетерпеливым жестом я приказываю Джорджио встать, но он бросает на меня умоляющий взгляд, и я обрушиваю на него всю свою ярость. Со злобным рычанием я пинаю его в висок.

Романо заваливается назад, я сажусь на него верхом и бью его кулаком в лицо, пока он не затихает.

Я помню каждый синяк на теле моей жены. Я помню, как она отдернулась от моего прикосновения. Я помню ее страх.