Книга Сотканные из лжи, страница 154 – Нонна Монро

— И давно ты встречаешься с мальчишкой Гилла? — Выплюнул он, будто Тайлер был чем-то грязным и плохим. Слезы собрались в уголках глаз, но я зажмурилась, не давая им пролиться. Как он мог быть таким двуличным человеком? Сам сотрудничал с Гиллом и при этом презирал Тайлера.

Ненависть и злость вытеснили страх. Чаша в конце концов переполнилась. Я сжала кулаки, прикусила язык и уставилась на бардачок.

— Телефон! — Рявкнул отец.

— Нет, — тихо ответила я.

Отец никогда раньше не применял ко мне силу. И когда он резко дернулся и вырвал из рук телефон, я осознала, что ничего не будет как прежде. Кровь отхлынула от лица. Перед глазами замелькали отрывки из наших сообщений. Слова любви, поддержки, признания в любви. Все то, что вселяло в меня уверенность, помогало двигаться дальше и не позволять людям плохо относиться ко мне. Я берегла их не только в телефоне, но и в сердце.

Одной рукой отец вел машину, второй пролистывал сообщения. Его губы презрительно поджимались с каждым словом. С каждым моим ответом. Несколько слез скатились по щекам и собрались на подбородке. Я чувствовала себя голой, сидя в машине рядом с отцом, который открыто ненавидел меня. Рука вновь потянулась к ремню.

— Никаких глупостей, Эшли. Ты и так меня разочаровала. — Тон его был холоднее льдов Арктики.

Я проигнорировала боль в груди и то, как вдребезги разбилось мое сердце. Но очередная вспышка страха затмила все чувства. Что с Тайлером?

— А теперь расскажи мне, почему на твоей бирже нет ни единой операции?

— Я не успела, — всхлип сорвался с губ. Слезы хлынули по щекам, обжигая ледяную кожу. Отец не купился на них. Напротив, сильнее разозлился.

Мы въехали в Бостон. Я откровенно тряслась, смотря в окно на мимо проплывающие дома. Отец нарушил по меньшей мере десять правил дорожного движения, желая как можно скорее отвезти меня домой. Причина такой спешки оставалась неизвестной. Я не задавала вопросы, лишь молча покусывала внутреннюю сторону щеки. И когда на горизонте показался наш Бикон Хилл, опустилась чуть ниже. Сказал ли он маме? Расскажет ли сейчас? С чем мне придется столкнуться, преодолев порог дома?

Машина резко затормозила возле нашего крыльца. Я неуверенно отстегнула ремень, бросая на папу взгляд. Он продолжал сжимать телефон, будто хотел сломать его пополам. Жилка на его шее дернулась, стоило ему обернуться ко мне.

— Домой. Живо.

Как только дверь разблокировалась, я выскочила на улицу, ежась от холода. Мама показалась в дверях, переводя испуганный взгляд от меня к отцу.

— Что происходит, Вульф? — Визгливо спросила она, прижимая руку к груди. Я опустила голову, не в силах услышать объяснения. Ринулась домой, желая спрятаться в своей комнате и никогда больше из нее не выходить.

В коридоре стояли распахнутые чемоданы. Наша экономка вопросительно посмотрела на меня.

— Я велел всех отпустить, Харпер! — Рявкнул отец за моей спиной. — Свободна.

Женщина покорна ушла, попутно стягивая фартук. Мама продолжала сыпать вопросами, однако отец не собирался на них отвечать. Он распахнул ящики, где лежали наши документы, и беспощадно раскидывал их.

— Вульф! — Не выдержала мама и повысила голос. Я обхватила себя руками.

— Пока ты перемываешь кости Фоксам с подружками, твоя дочь согревает постель мальчишке Гилла, вот что происходит, Харпер. А сейчас закрой свой гребанный рот и собери вещи.