Книга Сотканные из ненависти, страница 102 – Нонна Монро

Я не мог сдержать улыбки. И чем дольше она была на моих губах, тем сильнее нервничала Кайли. Она убрала руку, поправила волосы и платье, а после не выдержала и сделала большой глоток виски. Ее лицо забавно сморщилось, кашель вырвался из горла. Кайли снова хлопнула меня по ноге, словно это я заставил ее выпить.

— Алкоголь не потушит твое возбуждение, – заметил я.

— Заткнись, – прошипела Кайли и попыталась ущипнуть меня, – теперь это факт, а не предположение.

— Ты сама себя выдала.

— Как?

Я склонился к ее уху, касаясь губами нежной кожи. Кайли вздрогнула, но не отстранилась. Ее дыхание стало поверхностным, спина натянулась как струна, а по коже пробежали мурашки.

— Ты каждый раз сжимаешь бедра, – прошептал я. Она резко повернулась ко мне, и следующие слова я сказал прямо ей в губы, – особенно в машине.

— Во всем виноваты твои руки.

— Они могут загладить перед тобой вину.

— Если вы не прекратите, то внуков не миновать, – мелодичным голосом сказала мама, вынуждая Кайли отстраниться.

— Вы правда не хотите внуков?

— Поверь мне, именно их она и хочет.

— Черта с два, – фыркнула мама и сделала глоток виски, – но глупо отрицать, что они бы получились красивыми. Твои глаза, – обратилась она к Кайли, – это линзы?

— Нет, из-за преломления света их цвет кажется необычным.

Когда официант принес еду, первое время мы ели молча. Пять минут. После Кайли и мама начали обсуждать какую-то косметику и средства по уходу за кожей. Я старался отвлечь себя мыслями о работе, но то и дело думал о Кайли, которая стонала всякий раз, стоило кусочку стейка оказаться во рту.

— Божественно, – выдала она. Капля соуса осталась в уголке губ. Я стер ее большим пальцем и облизнул. – Я тебя ненавижу.

— Очередная ложь.

— Смотрю на вас и чувствую, как поднимается сахар в крови, – проворчала мама, – ладно, мне пора ехать. У меня назначена встреча.

— С кем? – спросил я.

— С любовником, разумеется.

Мама грациозно поднялась, взбила руками крупные локоны и напоследок подмигнула Кайли.

— Притащи его на день рождения, чтобы мне не пришлось придумывать оправдание. Хорошего вечера и никаких внуков.

Не успела она уйти, как Кайли резко повернулась ко мне.

— У нее правда есть любовник?

Я усмехнулся и качнул головой.

— Нет, но ей нравится так называть своего массажиста. Чтобы она о себе ни говорила, не верь. В девяноста пяти случаев это ложь.

— Но зачем?

— Ей нравится быть загадочной и плодить вокруг себя слухи. Не бери в голову.

— Мне нравится ее напористость и то, что она берет от жизни все.

— Кредо по жизни, – отмахнулся я и сделал глоток воды. Кайли потянулась к своему стакану, но передумала.

— Ты не похож на нее. Характером, я имею в виду.

— В детстве я подражал отцу. Хотел быть таким, как он. Перенимал привычки, манеру поведения, говорил похожими фразами, пока он не дал мне понять, каким именно я должен быть по его мнению. Мама пыталась вмешаться, но было поздно.

— Никогда не поздно измениться.

— Люди не меняются, Бруклин, как бы сильно нам этого не хотелось.

Она хищно улыбнулась и склонилась ко мне.

— Ты не такой мудак, каким пытаешься казаться.

Коул смерил меня вопросительным взглядом, и на секунду я засомневалась в своих словах. Но он действительно большую часть времени вел себя как надменный мудак, считающий, что весь мир ему задолжал.