Книга Фавориты, страница 31 – Лэйн Фарго

— Слушай, – я поставила тарелку и, взяв руками его лицо, повернула к себе, – ну не будь ты таким…

— Каким?

— Брюзгой. – Я поцеловала Хита, но он даже не разжал губ. – Ну же, улыбнись!

— Катарина, ты сама знаешь, что я не хотел сюда ехать.

— Значит, и не стоило, – сказала я, опуская руки. – Тебя ведь никто насильно не заставлял.

О чем именно идет речь – о сегодняшнем вечере или же вообще о нашей поездке в Лос-Анджелес – я и сама точно не знала. Так или иначе, недовольство Хита начинало действовать мне на нервы.

Пришел Гаррет, неся малинового цвета напиток в бокале с сахарным ободком.

— Безалкогольный дайкири – для вас, мадам! А тебе я все-таки взял минералку. – Он вынул из кармана бутылочку и протянул Хиту. – Ничего, что газированная?

На минуту мне показалось, что Хит сейчас швырнет бутылку об пол. Но он лишь ехидно осклабился, глядя на Гаррета таким взглядом, каким раньше смотрел только на моего брата.

— Ничего, – процедил он. – Очень мило с твоей стороны.

— Так, ну… э-э-э… – смущенно пробормотал Гаррет, – я, пожалуй, пойду. Если еще что-нибудь захотите, я к вашим услугам.

Как только он отошел, я впилась ногтями Хиту в запястье.

— Да ты в своем уме?!

— А ты? – ответил Хит. – Что с тобой? Тебя не узнать. Та, бывшая Катарина никогда бы не стала подлизываться к этим зажравшимся свиньям. Да она подняла бы их на смех.

— Свинья здесь сейчас лишь одна – это ты. Между прочим, Гаррет не виноват, что получил прекрасное воспитание, – сказала я и нарочно, в пику ему, прибавила: – Тебя же не обвиняют в том, что ты полный невежа.

Он сердито, с размаху, поставил бутылку на столик.

— Хит.

Скрипнув кроссовками по полу, он развернулся и пошел прочь.

— Хит! – закричала я.

Две женщины, стоявшие неподалеку – кажется, актрисы из какого-то сериала, который вечером крутили по телевизору, – обернулись, и я, покраснев, уставилась в свой бокал.

— Куда это он? – спросил вертевшийся неподалеку Эллис.

Я не знала, куда направился Хит, но решила, что убиваться не буду: да пусть хоть пешком идет назад в Грейндж.

— Он… ему стало плохо.

— С кем не бывает! – Эллис подставил мне локоть. – Пошли потусуемся?

Я взяла его под руку, и мы целый час кружили среди гостей. Эллис ловко встревал в разговоры, не робел перед знаменитостями. В общем, держался в толпе без тени страха – прямо как я на льду. Вцепившись в бокал, чтобы не пролить содержимое и не испортить Шейле ее белоснежный интерьер, я смотрела во все глаза и училась.

Хозяйку особняка я увидела только к вечеру. Они вместе с Беллой стояли на террасе, и их фигуры светились в ореоле закатных лучей. В своем длинном белом платье с драпированным вырезом Шейла напоминала древнегреческую богиню. На ее дочери было голубое, с белой вышивкой, платье, скроенное по косой, как и мое, – однако на ней оно сидело свободнее. Белла с матерью были удивительно похожи. Не только чертами лица, но и осанкой, жестами, хорошо отработанной улыбкой.

Я потянула своего спутника на террасу: в компании Эллиса завязать разговор было бы легче. Но мать с дочерью развлекали беседой какую-то пожилую даму в ярко-рыжих кудряшках, показавшуюся мне знакомой.

— Кто это? – Я никак не могла вспомнить, где ее видела.

— Джейн Каррер, – подсказал Эллис.

— Неужели судья? Но…

Именно по милости этой женщины нам с Хитом не досталась медаль на чемпионате США. Госпожа Каррер собственной персоной стояла и мило беседовала с Линами, как со старыми приятелями.