Книга Поцелуй с тенью, страница 22 – Навесса Аллен

Ох, как я облажался! Я чертовски облажался!

Камера, которую я аккуратно пристроил в комнате Эли, показывала, как она стоит в паре метров от кровати. Ее светло-синяя униформа была смята после марафона в больнице, а пряди волос выбились из косы и падали на лицо. Ее темные глаза стали огромными и наполнились чистым смятением, когда она увидела мою маску.

Эли подняла пистолет, который крепко держала обеими руками, и оглядела комнату.

«Здесь кто-то есть?» – прокричала она, громко и отчетливо.

Меня ни к кому в жизни так не тянуло. Казалось, она готова выстрелить во все, что движется. Хорошо, что я не остался, а то бы уже лежал и истекал кровью у нее на полу.

Я быстро прокрутил в голове всю прошедшую ночь, пытаясь вспомнить, не оставил ли каких-нибудь следов или улик. Я был так осторожен, что вряд ли копы сумеют что-то найти, когда Эли наконец очнется и позвонит им. Даже когда я снял футболку, чтобы записать видео, балаклаву я оставил, так что меня не должен выдать и выпавший волосок. Я даже задержался, чтобы вновь запереть ее заднюю дверь и скрыть свои следы в тающем снегу.

Я поставил камеру в ее комнате не для того, чтобы смотреть, как она переодевается или спит, или какого-то подобного дерьма, но теперь, когда я подумал об этом…

Так, нет. Мне нужно остановиться прямо здесь и сейчас. Эта дорога не приведет ни к чему хорошему. Вторжение в частную собственность – уже довольно паршивая вещь, не стоит добавлять к списку моих преступлений еще и сексуальное преследование.

Я поставил в ее комнату камеру по единственной причине: чтобы увидеть ее реакцию и понять, серьезно ли она писала все эти вещи в комментариях. Так же она погружена во все это мрачное дерьмо, как и я, или просто приходит в качестве туриста?

Судя по откровенному ужасу в ее глазах, выходило последнее. А это значило, что пришло время реализовать мою стратегию отступления. Нужно было аннулировать заказы, отменить планы и придумать себе прикрытие. Я принял все меры предосторожности, чтобы не оставить цифровой след, и я знал только трех хакеров в США, которые могли бы отследить меня и, если бы им удалось избежать всех ловушек, что я оставил после себя, может быть, даже найти. Двое из них сейчас работали в АНБ^[1], а третий сидел в тюрьме, так что в профессиональном плане я чувствовал себя в безопасности. К тому же сомневаюсь, что местные копы дойдут до федералов ради расследования заурядного вторжения, при котором ничего не сломали и не украли.

Даже мой аккаунт в соцсетях был защищен – ну, насколько это возможно. Любой, кто взломает его, наткнется на тридцатилетнего отца семейства из Юты с тайной любовью к маскам. Это был реальный мужчина по имени Карл с настоящим кинком на маски и похожим на мой секретным аккаунтом с секс-видео, о котором не знала даже его жена. У нас были разные татуировки, и мы снимали разный контент, но полиции пришлось бы потрудиться, чтобы все это выяснить, и я бы уже успел скрыться офлайн.

Извини, Карл, но жертвы неизбежны.

Наверное, мне стоило испытывать больше сочувствия к этому парню, но, как и с личными границами, с эмпатией у меня было плохо. Наверное, именно поэтому всё так неправильно вышло с Эли. Я пришел в такой восторг от перспективы реализовать наши общие фантазии вместе, что даже не дал себе труда взглянуть на вещи с ее точки зрения. Каково было одинокой женщине обнаружить, что в ее дом вторгся незнакомец?