Книга Поцелуй с тенью, страница 156 – Навесса Аллен

Я покачала головой.

— Он хороший друг.

Он шумно выдохнул.

— Я знаю. Козлина, но друг хороший.

— Я понимаю, почему ты это делаешь, – сказала я.

— Что делаю?

— Носишь маску. Покрываешь себя искусственной кровью.

Он приподнял брови.

— Правда? Потому что мне хотелось бы услышать объяснение.

Я взяла его за руку и повела на кухню. На его лице отражалась та же усталость, которую испытывала и я, так что я подумала, что ему не помешает кофе. Я уступила ему свое место на барном стуле и налила ему кружечку.

— Ты делаешь то же самое, что и я, – сказала я. – Пытаешься переписать свою историю.

— Как это?

— Я пытаюсь спасти каждого пациента, чтобы как-то искупить вину за то, что не спасла маму. – Я повернулась и протянула ему кружку кофе. – А ты наряжаешься страшным серийным убийцей, но поступаешь диаметрально противоположно своему отцу.

Он непонимающе заморгал.

— Подумай сам, – продолжила я и взяла со столешницы собственную кружку. – Ты вломился в мой дом и преследовал меня, прямо как твой отец, но ты ни разу не сделал мне больно, а только доставлял удовольствие. И то же самое ты делаешь для миллионов человек в интернете каждую неделю. Ты отвлекаешь их от окружающего дерьма и приносишь им счастье вместо страданий.

Он с задумчивым видом откинулся на стуле.

— Никогда не думал об этом в таком ключе.

— Ты его полная противоположность, Джош.

Он покачал головой и посмотрел на меня грустными глазами.

— Мне нравится страх, как и ему.

Мое сердцебиение на секунду застопорилось.

— Тебя возбудила моя реакция на проникновение Брэда? – О господи. Я не знала, что делать, если это вдруг окажется правдой.

— Боже, нет! Не такой страх.

— Тогда что конкретно?

Он оторвал от меня взгляд и посмотрел куда-то в пустоту, как будто подбирал правильные слова.

— Сложно объяснить. Но эти моменты, когда я застаю тебя врасплох и в твоих глазах вспыхивает страх, который постепенно перетекает в желание… Вот что меня возбуждает.

Я усмехнулась.

— Еще раз повтори эту фразу у себя в голове и поймешь, что тебя возбуждает скорее не сам страх, а именно переход от испуга к похоти.

Он снова посмотрел мне в глазах, и я почувствовала, как у него в голове крутятся шестеренки.

— Мне наплевать на мнение людей, выходящих за пределы узкого ближнего круга.

Я пожала плечами.

— И что? Большинство из них все равно никчемные.

— Я не жалею о том, что следил за тобой.

— Я тоже. Может, ты не заметил, но я ни разу не попросила тебя прекратить. Никаких стоп-слов, помнишь?

Он кивнул, не отрывая от меня глаз.

— Я помню, детка.

Я вздрогнула. Почему это вульгарное словечко так меня заводит? Или дело в намеке на обладание, который он каждый раз в него вкладывает?

— Так, – сказала я. – Если ты закончил с попытками меня отпугнуть, то ответь: почему ты перестал мне отвечать пару часов назад?

Весь жар исчез из его глаз.

— Мы не смогли попасть к Брэду домой. Там уже была полиция.

Я выругалась и чуть не выронила кружку.

— Что? Но как?

— Это было никак не связано с нами. Они приехали взять его под арест в связи с нападением на Мэйси.

Я взялась за переносицу.

— Отвратительное они выбрали время.

— Знаю. Твой кузен держал меня на мушке, пока все не выяснилось.

Я опустила руку и уставилась на него. А потом, оскалив зубы, прорычала: