Книга Зимнее солнце, страница 84 – Бейза Аксой

У вышедшего из хижины мужчины были седые волосы, небрежно заплетенные в две тонкие косички. На нем была серая шапка с оранжевыми полосками, которая, казалось, вот-вот упадет, потертые коричневые брюки, темно-зеленая куртка с бесчисленными карманами и ботинки со шнурками, завязанными узлом. Он сидел, откинувшись на спинку старого деревянного стула перед домом, и пил чай, когда увидел нас.

Я быстро достала телефон и посмотрела на экран. Связи нет. Все еще нет. Черт…

— Вот это да! – воскликнул мужчина, поднимаясь и одаривая нас улыбкой, обнажившей желтые зубы. На его виске была большая родинка. – Кунт Видар приехал ко мне в гости? Где ты, черт подери, пропадаешь? Я уже забыл, как ты выглядишь. Вижу, только когда я езжу в город и покупаю газету, а так нет…

Когда Кунт, смеясь, пожал мужчине руку и спустя несколько секунд поприветствовал его, похлопав по плечу, я поняла, что этот мужчина не такой уж и низкорослый, каким показался мне издалека. Он был ростом почти с Кунта, может, всего на несколько сантиметров ниже… Но он был в весьма преклонном возрасте. Наверное, ему не меньше семидесяти лет.

— Прости, дедушка Эмин, работа, дела… – сказал Кунт и положил руку ему на шею.

— Да хватит тебе, ты же здесь уже несколько недель, неужели думаешь, что я тебя не видел. – Рассмеявшись, дед пригрозил указательным пальцем Кунту, который тоже смеялся, а затем посмотрел на меня. – Так, а это что за красавица в красной шапочке?

— Я Караджа, – сказала я, протягивая мужчине руку и думая о том, что он назвал меня красивой просто из вежливости…

— Приятно познакомиться, дочка, – произнес он, пожимая мне руку, но казалось, что он смотрит не в глаза, а на родинку под моим левым глазом. Его мозолистые руки напомнили мне о женщинах из деревни моей матери. Все они заставляли меня целовать им руки^[12], а если я этого не делала, они сплетничали обо мне за спиной, говоря: «Какой кошмар… Эта молодежь не соблюдает никаких обычаев…»

Обернувшись, я заметила свисающие над входом в хижину зубы, соединенные между собой нитями, но не смогла распознать, какому животному они принадлежали. Этот человек был настоящим охотником. Интересно, как там внутри? Хижина была небольшой, но если он живет в одиночестве, то пространства должно быть достаточно.

Я еще раз с надеждой взглянула на телефон, но, увы, сигнала не было.

— Ты уверен, что здесь есть связь? – спросила я, повернувшись к Кунту и показывая экран своего телефона.

Он посмотрел на меня с удивлением.

— Не ловит?

— Нет, здесь не ловит, – сказал в этот момент дедушка Эмин, отпивая глоток чая. – Оставьте свои телефоны в покое, ребята. Вы приехали сюда отдыхать, наслаждайтесь природой. Давайте я принесу вам чай, чтобы вы согрелись. Кажется, наша Каира сегодня снова разгневалась. Наверняка снегопад усилится.

Только не это, дедушка…

Каира? Я задумалась. Он назвал это место Каира, как и мама Мелиссы в кафе.

После того как он вошел в хижину, так и не дав нам возможности что-либо сказать, я скрестила руки на груди и повернулась к Кунту.

— Он сказал «Каира».

— Это первоначальное название Кайрадага, – ответил Кунт. Я уже слышала эту историю. – Местные жители до сих пор используют название Каира. Это слово со временем претерпело изменения.

Двери хижины распахнулись с протяжным скрипом, на пороге показался дедушка Эмин с небольшим подносом в руках. На подносе расположились три металлические кружки.