Книга Зимнее солнце, страница 274 – Бейза Аксой

— Я не понимаю, как ты можешь желать смерти, Караджа! – Когда его руки соскользнули с моих плеч и он запустил их в мои волосы, я с яростью оттолкнула его. – Что заставило тебя направить пистолет на себя, Караджа? Чего ты пыталась добиться? Собственной смерти?!

— Да, я хотела умереть! И умерла бы! – ответила я без колебаний. – Тебе не понять!

— Почему?

Я продолжала кричать. Плед упал с моих плеч на землю, но мне было наплевать на холод. – Ты отправил меня с ним, ты отдал меня ему!

— Ты думаешь, я бы позволил ему уйти?

Сквозь слезы которые я едва могла разглядеть черты лица Кунта. В его карих глазах, некогда сиявших золотистыми бликами, теперь отражались изумление, ужас, гнев, тревога и страх.

— Ты думаешь, я бы позволил ему уйти?

— Позволил, – еле слышно произнесла я, не отрывая взгляда от его лица и пытаясь сдержать подступавшие слезы. – Позволил!

— Нет, – прошептал он, сокращая расстояние между нами и нежно стирая мои слезы своими большими пальцами. Неожиданное прикосновение его губ к моим волосам заставило меня вздрогнуть. – Я сделал вид, что отпускаю его, чтобы он потерял бдительность. В это время Полат, вооруженный до зубов, занимал позицию, ожидая подходящего момента. Ему было поручено нейтрализовать Чевика. В случае его неудачи или промедления выстрелить должен был я. И я это сделал. Ты все еще считаешь, что я позволил ему уйти? – произнес он, глядя мне прямо в глаза. – Видишь, ты здесь. Рядом со мной.

Я не знала, как успокоиться. Мое сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

— Не позволил, – прошептал Кунт, и я обхватила его за талию, прижимаясь к его крепкой груди. Он обнял меня в ответ, и я почувствовала, как начинаю согреваться. – И никогда не позволю.

Кунт излучал тепло. Если бы мы снова сыграли в «холодно – горячо», несомненно, самым «горячим» был бы Кунт и, куда бы он ни повернулся, для него всегда было бы «горячо». Его объятия были ловушкой, из которой я не могла вырваться, я была не способна даже поднять голову. Будто догадавшись, Кунт убрал мои руки со своей талии и положил их себе на плечи. Затем он подхватил меня и бережно поднял на руки. Без возражений я отдалась в его объятия, потому что они были мне жизненно необходимы. Я осознавала, что мы направляемся к яхте, но не могла заставить себя поднять голову с его груди. Это было мое пристанище, где я чувствовала себя в полной безопасности.

Когда я услышала голос Эфеса, отдающего решительный приказ, я поняла, что мы на месте. Положив ладонь на шею Кунта и открыв глаза, я увидела, что все люди Ахмета стоят на пристани на коленях, сцепив руки за спиной. Кунт молча прошел мимо них и поднялся на палубу. Мамочка сидела в углу на лестнице, держа в руках бутылку с водой. Она вся дрожала. В тот момент, когда Кунт остановился перед дверью в каюту, я поняла, кто находится внутри.

Он усадил меня на кресло.

— Оставайся здесь, хорошо? – В углу были сложены теплые пледы. Взяв один из них, Кунт развернул его, осторожно накинул мне на плечи и заботливо укутал меня. Его карие глаза скользнули по мне, после чего он развернулся и ушел.

Я не могла здесь оставаться. Этот подлец так и не вернул мое кольцо. Подхватив плед, я последовала за Кунтом. Когда я положила ладонь на ручку двери каюты, которую Кунт уже прикрывал, наши взгляды пересеклись. В его глазах мелькнуло отчаяние. Наверное, он догадывался, что я не стану его слушать.