Онлайн книга «Зимнее солнце»
|
Из темных глубин поднялась моя пустынная мечта, Мираж моего сердца, словно судьба. Когда он рассеется, смотри сквозь мои трещины — Тайна не тяжела. Смотри, проникнутый эхом детских страхов, Моя последняя молитва подошла к концу. Это вальс в одиночку — Не будет длиться вечно. Я закрыла глаза. Мысленно я вернулась в тот день, когда я исполнила эту мелодию без единой запинки. Я была на занятии с моим учителем. Тепло обняв меня, она выразила свое восхищение моими успехами, достигнутыми за столь короткий срок, и пошла к заместителю директора, чтобы внести изменения в программу предстоящего школьного концерта. Музыка и учеба были единственными занятиями, помогавшими мне контролировать эмоциональный хаос, бушующий внутри меня. Все остальное время я была на грани безумия в четырех стенах. Брат, покинувший нас, и мать, замкнувшаяся в себе, оставили меня в одиночестве. Караджа, ты же понимаешь, что осталась совсем одна? Удар пришел оттуда, откуда я меньше всего ожидала, и я была бессильна ему противостоять. Мои так называемые друзья похоронили меня в стенах школы, ставшей свидетелем моей погибели. Разочарования крепли, цепляясь за мои ноги и не позволяя мне двигаться, а мне хотелось бежать… Однажды ночью в порыве отчаяния я спустилась на набережную и бросилась в бушующее море. Я была пылающим огнем, но Кунт был прав, сказав, что огонь, сжигая все вокруг, сжигает и себя. В моменты невыносимой боли я теряла рассудок, желая уничтожить ее источник любой ценой. В глазах моих остались лишь мечты, Рассвет не наступает, время не течет; В глазах моих остались лишь мечты, Рассвет не наступает, рана не заживает. Погруженная в воспоминания, я не заметила, что один из прожекторов был направлен прямо на меня. По моей щеке скатилась слеза… Я не могла быть откровенной даже с самой собой; я не могла сказать себе правду о том, что меня терзает… Всякий раз, желая закричать, я сдерживалась и теперь обречена на вечное молчание. Неужели это правда? Мой мир держался на хрупкой надежде, что меня не обманут и не предадут, что окружающие меня люди не окажутся лжецами и лицемерами. Но страх, как ядовитый червь, точил мою душу, угрожая разрушить все до основания. Да, брат, ты и представить не можешь, как я жила. Ты даже не смог понять, кто погасил огонь в моих глазах… Лучше бы угас не он, а тот огонь, что сжигал мою душу изнутри. Я бы хотела, чтобы бремя, которое ты безрассудно с себя сбросил, не свалилось на мои хрупкие плечи и не заставило меня сгорбиться под его непомерной тяжестью. Я бы хотела, чтобы ты остался, а я не поддавалась на лживые слова чужих людей. Но ты ушел, а я осталась одна. А потом ты ушел снова, и на этот раз – безвозвратно, оставив за собой непреодолимую пропасть и пустоту. Мама говорила об отце: «Бывают такие расставания, после которых пути назад нет». Ложь, это не имело к нему никакого отношения. Отец мог вернуться, а для тебя путь назад теперь окончательно закрыт. И впервые в жизни я хочу, чтобы вернулся не мой отец, а ты… Когда исполнитель допел песню, я сыграла последний аккорд и встала под шквал аплодисментов. Дирижер и солист повернулись и поклонились публике в знак благодарности за ее восторженную реакцию. Спускаясь с площадки, я видела перед собой только непроглядную темноту. Я бросилась к выходу, желая покинуть зал, но как только вышла в длинный коридор, меня схватили за руку. |