Книга Плохая няня, страница 49 – Тесса Бейли

— Спокойной ночи, Берджес.

Таллула подняла руки над головой, позволяя себе утонуть в музыке. Она чувствовала удивительную легкость в животе, пока ее бедра двигались восьмеркой. Господи, как же давно она не выходила вот так вот в свет. А если и выходила, то ощущала себя совсем не так. В такие моменты, как сейчас, Таллула теряла счет времени, каждая песня казалась ей лучшей на земле, и она чувствовала себя по-настоящему свободной. Живой. Не было ничего, что могло бы сдержать ее. Не было никаких правил, кроме ее собственных.

Огромную роль в создании этого ощущения легкости сыграла Хлоя, девушка в блестящей розово-золотой юбке и белом топе на одно плечо, танцующая в нескольких шагах от Таллулы, развевая свои светлые волосы в такт музыке. Диджей переключил песню, и Хлоя и Таллула подтянулись друг к другу и устроили веселую потасовку, как только поняли, что для них врубили очередной хит. Окружающие их огни пульсировали синим цветом, напоминая Таллуле тот самый оттенок, которым отражались лучи солнца, когда оно вставало над Антарктидой и впервые касалось утреннего льда. Чистейший синий, будто цвет электричества, неестественно выбивавшийся из картины окружающей природы.

— Как же я скучаю по тому времени, – прошептала она себе, и ее слова мгновенно растворились за волнами громкой музыки. Странно ли было вспоминать о времени, проведенном ей в Антарктиде, в тот момент, когда она кружилась в танце посреди городской толпы? Думать о своем любимом пингвине Кирке и скучать по тому леденящему холоду, который легко мог налететь на тебя со скоростью 40 километров в час и пробить пять слоев теплой одежды? Может, это и было слегка странно, но разве не каждый на этом танцполе так или иначе скучал по чему-то или кому-то?

Ведь такова жизнь, не так ли? Сначала ты создавал связи, сближался с людьми и даже с определенными местами, а затем двигался вперед, оставляя их позади. Скучал по ним. Носил воспоминания о них с собой, словно слои одежды. Место рождения Таллулы было одним слоем, ее семья – другим. Ее лучшая подруга Жозефина – третьим. За ними последовала Антарктида. А теперь и Бостон. Иногда ей было больно добавлять к своей жизни новые слои воспоминаний, заводить новых друзей и идти навстречу новым впечатлениям, ведь она все еще часто тосковала по тем слоям памяти, что были ближе всего к ее коже. Но это не станет останавливать ее от того, чтобы говорить нет тому опыту, что она переживала сегодня, ведь она поклялась в этом своей сестре.

Поклялась, что не позволит страху перед трагедией держать ее взаперти. Иначе она до сих пор будто бы была заперта в том самом шкафу, наблюдая за тенью Бретта по ту сторону двери. Да, физически Таллула была свободна, но была ли она свободна ментально? Ей потребовалось четыре года, чтобы сдержать обещание, данное Ларе. Но вот она здесь. По крайней мере, она его не нарушила, так ведь?

Она танцевала; пока одна часть ее наслаждалась этим моментом, другая была погружена в легкую меланхолию из-за того, что Таллула так резко перешла к новому этапу своей жизни, неожиданно для себя оказавшись в этом совсем незнакомом ей месте. Ее новые друзья из аспирантуры приветливо махали ей из-за барной стойки, когда Хлоя взяла ее за руки, и они, смеясь, закружились под кульминационный момент песни до тех пор, пока наконец не остановились у края танцпола. Следующей песней стал медляк, что, вероятно, означало, что клуб готовится к закрытию, из-за чего Таллула ощутила смесь разочарования и облегчения. Она прекрасно проводила время с новыми друзьями, но раз уж неизбежная меланхолия начала потихоньку затмевать ее радость, пора было отправляться домой.