Книга Плохая няня, страница 145 – Тесса Бейли

Ее сердце требовало быть рядом с Берджесом, и она слепо ему подчинилась, пока ужас, словно дыхание дракона, пылал у нее в груди.

В аэропорту она быстро прошла через контроль и почти бегом направилась к выходу на посадку – ее рейс уже начали объявлять. Вокруг нее, на каждом экране, то и дело всплывал миг, когда Берджес рухнул. Люди толпились, молча наблюдая за произошедшим, шептали что-то в телефоны. Это все-таки был Бостон. Его город. Только вот их явное горе не приносило ей никакого утешения. Нет. Скорее даже наоборот.

Если они считали, что для Берджеса все кончено… значит, и он сам так думал?

Неужели это правда?

Если да… о боже, Берджес наверняка был раздавлен.

В этом не было никаких сомнений.

Он любил хоккей больше всего на свете. Этот спорт был частью его идентичности. Великолепной частью. Где-то в глубине души она предчувствовала, что проблемы с его спиной еще дадут о себе знать, но чтобы все вышло так? Так публично, так жестоко, так больно. Он этого не заслужил.

Перелет занял всего девяносто минут, но ощущался пятичасовым. Таллула всю дорогу просто смотрела прямо перед собой, подготавливая в голове речь, которую произнесет, как только доберется… да куда угодно. В больницу, в отель, на арену. Она уже написала Хлое, чтобы та через Сига выяснила, куда отвезли Берджеса, и надеялась получить ответ, как только самолет приземлится. Она уже была готова. Обнять его и заверить, что это еще не конец. Что если он захочет продолжать играть – он пройдет реабилитацию и вернется на лед еще сильнее. А если решит уйти – впереди его все еще ждала целая жизнь.

С ней.

С ними. Вместе.

Она уже приняла решение вернуться к Берджесу и Лиссе, как только увидела его сегодня на льду. Когда он стоял во время разминки, такой грозный и неприступный, поправляя перчатки. И она подумала…

Реальная жизнь никогда не ждет, пока ты будешь к ней готов.

Она нашла своих людей раньше, чем была к этому готова, но если не схватиться за этот момент – другого у нее могло уже и не быть. Поэтому она планировала удивить Берджеса, вернувшись к нему и Лиссе насовсем, когда он вернется из Питтсбурга.

Это все еще произойдет.

Теперь она хотела быть с ним еще сильнее. Если вид его страданий разрывал ей сердце – значит, между ними было что-то настоящее. Бегство от чувств к этому человеку не сделает их менее реальными.

Наконец самолет приземлился и она выдохнула воздух, который, казалось, удерживала всю дорогу. От Хлои уже пришло сообщение с названием нужной больницы и плачущим смайликом, но Таллула не стала зацикливаться на ее выборе эмодзи, сразу заказав такси и запрыгнув на заднее сиденье, крепко прижимая к себе ручную кладь.

Уже через тридцать минут она шла по скрипучим, пахнущим антисептиком коридорам к палате Берджеса. Ее направили в ортопедическое отделение. В ее сознании всплыло слово «операция» и стало набатом отдаваться в ее голове. Хорошо. Ему наверняка предстояла операция. Если бы она остановилась хоть на секунду и подумала, то сразу поняла бы, что без нее не обойтись. Это было неизбежно. Только вот путь к восстановлению после любой операции стоил больших трудов. Все еще оставался болезненным. Выматывающим.

Хотя если кто с ним и справился бы – так это Берджес.

Он был сильным, мощным, несгибаемым.