Книга Плохая няня, страница 107 – Тесса Бейли

— Не стесняйся запустить пальчики поглубже, но не смей показывать мне свою киску, или я буду вынужден повесить на твою дверь десять замков сверху.

— Но ты ведь все еще сможешь просто-напросто выбить мою дверь, так ведь? – выдавила она, стиснув зубы.

— Еще как смогу. – Он одним движением вклинил бедра между ее коленями. Мышцы его правой руки напрягались в лунном свете, пока он все двигал и двигал ей, не собираясь останавливаться. Вены на его шее выдавали то, как сильно бьется его сердце. Внезапно Берджес наклонился и прижал свой лоб к ее. Его горячее дыхание обдавало ее губы. – Но я хочу, чтобы ты сама мне ее открыла, Таллула. Распахнула ее и впустила меня внутрь.

Ее сердце сжалось. Хорошо это было или плохо – понять ей было не под силу, но она точно знала, что этот момент был очень важен. Ей явно требовалось принять сейчас большое решение, хотя она и витала в облаках, опьяненная собственным желанием.

— Распахнуть?

Она провела языком по его губам, а потом и еще раз, когда он оскалился и зарычал.

— Вот так?

Она раздвинула бедра и откинула полотенце, наблюдая, как зажглись глаза Берджеса, когда она погрузила два пальца внутрь своей киски, приподнялась и заскользила по ним бедрами, простонав его имя, на грани оргазма.

— Берджес! – выдохнула она.

— Вот черт, – проревел он в ответ.

Его тело дернулось, а рука начала двигаться все хаотичнее. С каждым движением он все шире раздвигал ее ноги своими огромными бедрами, омывая ее голодную плоть своей спермой. Струя за струей жидкость тепло разливалась по ее коже, пока шею согревало его дыхание.

— Еще, – прошептала она, лизнув его щеку. – Утопи меня в ней.

— Мы оба хотим большего. – Он повернул голову, говоря прямо у ее рта. – Ты уже готова признать, что хочешь того же «большего», что и я?

Ее сердце сжалось вновь, сдавленное грузом собственной нерешительности.

— Ох. Я…

Прошла секунда, вторая, третья… и она никак не могла их заполнить.

— Вот и я о том. – Он посмотрел ей прямо в глаза и крепко прижал свою огромную ладонь к ее киске. – Когда будешь готова назвать меня своим, я обмажу слюной эту горячую дырочку, назову ее своей и хорошенько оттрахаю. Давай же. Соври, что не хочешь этого.

По всему телу Таллулы прокатилась голодная тоска, какой она никогда и не знала. Неожиданная, всепоглощающая, выбившая из нее весь дух. От мысли о том, что она не может взять его целиком, сжалось все ее естество.

— Умоляю, сделай это, – всхлипнула она.

— Только когда ты станешь по-настоящему моей.

В голубых глазах Берджеса вспыхнула надежда, прежде чем он захлопнул веки.

— А пока я хочу, чтобы ты согласилась прийти на мой матч. Я ведь не так многого прошу. Просто хочу смотреть на трибуны и знать, что ты там – из-за меня.

— Хорошо. Я приду… Приду. Только сделай, как обещал…

— Тебе не придется долго ждать.

Таллула вскрикнула в знак протеста, когда Берджес отстранился и начал неуклюже поправлять джинсы. Они ненадолго будто разошлись по своим углам, чтобы прийти в себя после того, как то, что началось как простая игра, казалось, превратилось в нечто большее. Нечто более глубокое. Более постоянное.

Это были воды, в которые Таллула еще не была готова заплыть.