Книга Веди меня, страница 88 – Келли Моран

Улыбка расплылась по его лицу. Боже, ну как в нее можно не влюбиться?

— Нет. У меня пенис и Y-хромосома, так что ничего подобного в моей ДНК просто не заложено.

Габби снова закатила глаза.

— Ну хорошо, а звездами ты хотя бы любовался?

Было дело. Пару раз. Много лет назад. Когда отец был жив и они с братьями еще детьми иногда уезжали с палатками на природу. Флинн любил тогда лежать и смотреть на небо. Но его внимание привлекали вовсе не созвездия.

— Если слишком увлечешься подсчетом звезд, можно не заметить луну. – Он поднял взгляд в прозрачное ночное небо, на котором не было ни облачка. – Все остальное уже не так важно.

— Ты хочешь сказать, что звезды – ерунда? – Ее изумленный взгляд вызвал у него смех. – Хочешь сказать, что я не услышу каких-нибудь высокопарных речей о том, что я – самая яркая звезда на небосклоне?

Глупая женщина!

— Габби, ты не звезда. Ты – небо. Мы все вращаемся по твоим орбитам.

Это правда.

Она медленно распрямилась, не сводя с него взгляда. О да. Его Габби с сердечками в глазах.

— Черт, Флинн. За такие слова я могу и переспать с тобой. Это просто нечто!

Он рассмеялся и потер глаза. Потом рассмеялся еще громче, увидев смущение на ее лице.

А затем она прижалась губами к его губам, и ему уже стало не до смеха. Усевшись на него верхом, она прижалась грудью к его груди, так что все их самые интимные части тела соприкоснулись. Ее язык пытался проникнуть ему в рот, и он пустил ее, позволяя одним этим стереть все его мысли.

Она терлась об него, и он судорожно втягивал воздух, сжимая ее круглый зад. Флинн даже не знал, стоит ли заходить дальше, или лучше не спешить, но она продолжила целовать его, опускаясь к шее, и он сдался.

Черт возьми, рот Габби был настоящим оружием. Шея и в особенности уши Флинна всегда были восприимчивы к ласкам, и ее атака была не просто настойчивой, а сокрушительной. Пальцы скользнули под футболку, легко коснулись мышц пресса, которые тут же сократились. Она провела подушечками пальцев вокруг сосков, пока те не затвердели, а ее рот продолжал изводить его, лишая остатков самообладания.

Лизал. Посасывал. Покусывал.

Боже. Если он сейчас не овладеет ею, то просто сгорит заживо.

Он решил изменить позу и уложил ее на шезлонг, задрав футболку до подбородка. Встав на колени у нее между ног, он стал целовать ее живот, поднимаясь к груди, и убрал с нее кружево, чтобы полюбоваться открывшимся зрелищем. У Флинна перехватило дыхание от вида обнаженного тела Габби в лунном свете. Невероятно красиво.

Его губы сомкнулись вокруг ее соска, он смотрел на нее, наблюдая за реакцией. Ее щеки раскраснелись, она вся изогнулась и закрыла глаза. Никогда в жизни у него не было такой мощной эрекции. Усиливая давление, он стал посасывать ее грудь, положив ладонь на другую и лаская ее. Ее пальцы запутались у него в волосах. Он переместился к другой груди, и влажный заострившийся пик сморщился, оставшись без его внимания.

Она вздрогнула, и он замер.

Они на заднем дворе его дома. Любой из членов семьи мог заглянуть сюда и увидеть, чем они занимаются. Кейд жил совсем рядом, а около него – их мама. Сквозь деревья домов не видно, но все равно они были неподалеку. Дом Дрейка располагался с другой стороны, но тоже поблизости. И пускай дорога к их домам считалась частной и чужие по ней не ездили, Флинн подумал, что не стоит делать из них с Габби эксгибиционистов. Она заслуживала лучшего. А учитывая, как стремительно они приближались к точке невозврата, ему совсем не хотелось в первый раз заниматься любовью с Габби на заднем дворе.