Книга Веди меня, страница 8 – Келли Моран

Можешь пойти со мной, если к тому времени тебя не подцепит какой-нибудь очередной неандерталец.

— Почему бы и нет? Все равно на церемонии будем держаться вместе как друзья жениха и невесты.

Еще один повод для легкого беспокойства. Даже можно сказать сильного.

— Что такое? – Габби перестала гладить Флетча (к большому неудовольствию пса) и уставилась на Флинна своими голубыми глазами. Этот взгляд всякий раз завораживал его. По цвету – нечто среднее между васильковым и сапфировым, а когда она так на него смотрела, Флинн готов был рассказать ей все, что на душе.

Он вздохнул.

Еще ведь и во время свадебного танца нужно будет танцевать?

Габби нахмурила лоб.

— Да. – Она внимательно посмотрела на него. – Мы ведь с тобой раз сто танцевали. На выпускном, на всяких городских праздниках.

Он уставился на нее с тоской в глазах, пока она не поняла свою ошибку. Много времени на это не потребовалось.

Габби медленно кивнула.

— Но нам еще не приходилось танцевать медленный танец, и чтобы все на нас смотрели.

Да. Одно дело наблюдать за окружающими людьми и подражать их жестам и движениям, и совсем другое – пытаться воспроизвести сложный танец под музыку, которую он не слышал.

Габби вытащила телефон и быстро что-то написала, отправила сообщение и уставилась на экран, ожидая ответа.

Кому ты пишешь?

— Бренту. Он знает, какую песню Эйвери выбрала для танца.

Брент был фельдшером Кейда в клинике и помогал Эйвери с организацией свадьбы. Но какая разница, что это за песня?

Пальцы Габби быстро мелькали над экраном телефона, пока она набирала ответ. Затем она открыла Ютьюб и подвинулась поближе, принеся с собой легкий медовый аромат.

— Мы будем танцевать под Thinking Out Loud Эда Ширана. Тут есть и текст песни.

Если он будет знать текст, то сможет уловить и настроение музыки. Флинн посмотрел на Габби и, наверное, уже в миллионный раз подумал: что бы он без нее делал. Ему не хотелось совершить какую-нибудь глупость, например, поцеловать ее в знак благодарности, поэтому он сосредоточил внимание на экране телефона.

Читая строчки песни, Флинн не мог отделаться от мысли, что они точно выражали его чувства к Габби. Разумеется, с дружеской стороны. Он не собирался пересекать черту в отношениях с ней. Своей спокойной, размеренной и наполненной хоть каким-то смыслом жизнью он был обязан их крепкой дружбе. И если что-то окажется у этой дружбы на пути, его мир рухнет, в этом он не сомневался.

Когда клип закончился, она отложила телефон и встала. Одолженные ею спортивные штаны Флинна свисали с ее бедер, рискуя в любой момент упасть. Старая футболка скрывала гибкую фигуру. Она протянула ему руку.

Что?

— Давай потренируемся, вот что. – Она взяла его за запястье и рывком заставила подняться. Точнее, он позволил ей стащить себя с дивана.

Флинн был на фут^[1] выше и на девяносто фунтов^[2] тяжелее ее. Оглядевшись по сторонам, Габби поджала губы, как будто пыталась найти наиболее подходящее для «тренировки» место.

После окончания ветеринарного колледжа Флинн с братьями построили себе по дому на принадлежащем их семье обширном лесном участке на окраине города. Дом Флинна смотрелся достаточно скромно в сравнении с домами братьев – одноэтажное ранчо с тремя спальнями и кухней вполовину меньше кухни Кейда. В самом большом доме жил Дрейк – они с Хизер мечтали иметь много детей, но несколько лет назад она умерла от рака. Вкусы у братьев в плане дизайна были очень разные, но обстановка всех трех домов отличалась простотой и явным мужским началом: огромные каменные камины, деревянные полы, березовые балки на потолке, окна во всю стену и ничего лишнего.