Книга Ты пахнешь как любовь, страница 71 – Эллин Ти

Я позволяю себе коснуться ее лица и стереть слезу пальцем. Она не отталкивает.

— Расскажешь? – решаюсь на первые шаги. – Раз уж не сбывается, то рассказать можно.

— Да, – она отмахивается, – глупость. Глупое желание.

— Не бывает глупых желаний. Делись. Я вот загадал… – пытаюсь быстро придумать хоть что-то и ляпаю первое, что приходит на ум, – собаку. А ты?

— А я… загадала счастье. Глупо, да? – Кареглазка грустно усмехается. – Как будто счастье можно получить лишь от одной падающей звезды.

— Ну… не глупо, – уверяю ее. – И падает тут не одна, их сотни. А это в сто раз сильнее, чем обычно. Вдруг сбудется? Счастье на самом деле ближе, чем кажется, Яна. Просто надо научиться разделять людей на плохих и хороших и не давать первым влиять на твою жизнь. Вот и все.

— Умный какой. – Она фыркает и резко садится. Момент разрушается, и я готов убить теперь самого себя за то, что все это начал. Кретин. Придурок!

— Яна, – хватаю ее за запястье. Она снова закрывается, пытается оттолкнуть, но теперь я точно ей этого не позволю. Мы пережили такую истерику ради чего? Ради ссоры? – Вернись на место, черт возьми!

Легонько дергаю ее за руку, укладывая на песок. Опираюсь на локоть, приподнимаюсь, чтобы видеть ее лицо. Красивая… Даже с заплаканным лицом, опухшими глазами, красными носом и размазанным макияжем – чертовски красивая.

Жаль, что она улетает. Мне кажется, мы могли бы попытаться построить что-то…

— Ты ничего не знаешь, – качает она головой и закрывает глаза. – Ты ничего не знаешь!

— Не знаю, – соглашаюсь с ней, – ты права. И я не спорю. Но я знаю, что ты увидела в телефоне. И у меня есть примерно семь тысяч аргументов против тех слов. Возможно, даже чуть больше.

— Нет. – Она качает головой. Снова дышит тяжело, мы на грани ссоры, я осознаю, что хожу по краю, но нам необходимо проговорить это. Если она сама не понимает, то я постараюсь объяснить ей. – Никаких аргументов против, я… он прав.

— Нет.

Я не готов даже слышать эти слова. Сколько же она слышала подобное, раз теперь верит ему на слово…

— Да! Я веду себя как самая настоящая…

— Свободная девушка, – перебиваю ее.

— Что? – Она резко открывает глаза и хмурится.

— Что? Вы же расстались? – Она заторможенно кивает. – Ну что не так тогда? Ты – свободная девушка, которая никому ничего не должна. Которую никто не имеет права контролировать. Осуждать за наряды. Диктовать правила. И главное, оскорблять. Ты – свободна, понимаешь? От любых оков. Ты вольна делать все, что тебе вздумается, будь то прыжок с парашютом или поход на нудистский пляж. Ты сама распоряжаешься своей жизнью, и никто, совершенно никто не должен касаться твоей жизни.

— Андрей… – шепчет она, а потом замолкает. Закрывает снова глаза. Кусает губы. Перебирает пальцами ткань платья на животе… А потом снова начинает говорить. – Если бы я вышла в таком платье в люди, будучи твоей девушкой? Ты бы не говорил так, как сейчас, не правда ли?

— Конечно нет, – киваю ей. – Я бы гордился тем, что такая красотка моя.

— Что… Ты врешь.

— Какой смысл? Ты же уже моя. Ну в нашем представлении. Какой смысл мне закатывать истерики и что-то там тебе диктовать? Во-первых, кто я такой, чтобы рассказывать тебе, как одеваться? Начнем с этого. А во‑вторых, я сиял бы ярче начищенной монеты, зная, что о тебя все ломают глаза, а ты все равно только моя. Понимаешь?