Книга Ты пахнешь как любовь, страница 32 – Эллин Ти

Именно поэтому я поворачиваюсь к нему лицом, фыркаю и говорю:

— Нет. Это ты со мной будешь.

Я не вижу эмоций на его лице из-за маски, но почти уверена в том, что он хмурится в непонимании, но буквально через пару секунд запрокидывает голову и смеется так искренне и от души, что я даже залипаю на этот бархатистый и раскатистый смех. У этого парня очень красивая улыбка, определенно. И ямочка у самого краешка губ, я только один раз в жизни такую видела…

— Как скажешь, красавица, – говорит он мне, тут же хватает за талию и уводит меня в сторону. Мы танцуем последними, а сейчас нужно немного побыть зрителями. Я все еще мало что понимаю в происходящем и, пока рядом со мной стоит русскоговорящий парень, решаюсь спросить у него все о конкурсе, иначе я выйду на сцену и просто опозорюсь. Ну. Мало ли.

— Какие правила? – спрашиваю у него, чуть повернув лицо в его сторону, чтобы он точно услышал меня, музыка довольно громкая. Мы стоим справа от импровизированной сцены, его рука покоится на моей талии, все еще, и я не понимаю, какого черта не сбрасываю ее оттуда. Он просто теплый, да. Не то чтобы вечером в Валенсии резко становилось холодно, конечно… Но я пытаюсь убедить саму себя в том, что тепло – это то, что мне сейчас нужно, и именно поэтому он все еще не получил по рукам.

— Танцуешь, побеждаешь, идешь на свидание, – пожимает он плечами, – все банально.

— Объясняешь ты, конечно… – хмыкаю. – Подробнее можно? Кто победителя выбирает? Что танцуем? Не нужно ли заранее репетировать?

Во время моего вопроса Матео, судя по всему, объявляет первую пару, и те выходят в центр. Включается музыка. Что-то из латиноамериканской программы… Похоже на джайв, по крайней мере по первым нотам.

— Победителя определяем аплодисментами, – наконец отвечает он, – танцуем то, что включают. Репетировать заранее? – Он хмыкает. – Со мной нет.

— Черт, а как ты будешь танцевать так?! Будет удобно? Не нужно снять? – беспокоюсь за него, даже отрываюсь от танца и поворачиваюсь к нему.

— Что? – Он осматривает себя. Снимать ему явно больше нечего, и меня искренне забавляет его реакция. – Снять что?

— Корону, – отвечаю ему и снова слушаю, как искренне он смеется, совершенно не реагируя на мои уколы в его сторону. Я невольно думаю о том, что сказал бы мне Марк, обратись я к нему… Машинально прикасаюсь к губе, где только час назад прятала ранку под слоем помады. Знаю я, что он сказал бы мне…

Черт.

— А ты забавная, красавица, – говорит мне мой партнер. – Но тебе и правда не стоит переживать за номер. Просто иди за мной, доверься.

Не отвечаю ему ничего. Доверься… Это слишком сложно, учитывая мой жизненный опыт. Все, кому я доверяла, так или иначе меня предавали. Поправочка: все мужчины, которым я доверяла. Папа ушел, когда я была подростком. Потом Андрей уехал, оставив только воспоминания и крошечное тату. Марк… даже думать не хочу.

Поэтому довериться мне очень сложно, особенно чужому человеку.

— Музыка у всех одинаковая? – игнорирую вопрос доверия и дальше спрашиваю все, что меня волнует. Даже такое выступление я не могу пустить на самотек, каждый выход на сцену должен быть идеальным для меня, я не умею иначе. Меня с детства учили так и никак по-другому, поэтому я должна знать максимум информации.