Книга Жестокий король, страница 80 – Рина Кент

— Вообще-то нет. От тебя лишь требуется воздержаться от любых высказываний о его психической стабильности. – Он делает паузу. – О, и перестань провоцировать его. Чем больше ты давишь, тем сильнее он давит в ответ. Чем больше убегаешь, тем быстрее он догоняет.

Эйден уже собирается уйти, но я останавливаю его, хватая за рукав футболки.

— Постой.

Он награждает меня скучающим взглядом в ожидании моих слов.

Я, сглатывая ком в горле, отпускаю его футболку.

— Скажи мне. Хоть что-нибудь.

— А что я за это получу?

Я еле сдерживаюсь, чтобы не застонать. Это же двоюродный брат Леви. После секундного раздумья я говорю:

— Ты пришел не просто так. Ты знаешь, что я могу помочь или уже помогаю. Ты считаешь меня полезной, иначе не стал бы искать.

Он выгибает бровь.

— Один вопрос. Я отвечу всего на один вопрос.

— Он страдает… психическим расстройством?

— Не он, но если продолжит в том же духе, то в конечном счете закончит тем же.

— Как кто?

— Мы договорились на один вопрос. – Он подходит к водительской двери. – Принеси мне что-нибудь ценное, и я, может быть, отвечу на второй.

Я смотрю, как его машина исчезает вдали. Ему действительно семнадцать лет? По его поведению и уверенности в себе ни за что не скажешь.

С другой стороны, теперь у меня есть свой источник информации о Леви.

Я вновь и вновь луплю по боксерской груше, пока разбитые костяшки пальцев не начинают болеть. Но бить все равно не прекращаю.

Если остановлюсь, то могу снова принять свой темный облик. Могу начать рыскать по улицам в поисках нее. Могу сделать то, о чем пожалею.

Бац! Бац! Бац!

Я продолжаю бить, и вскоре от меня ничего не остается. Тело практически рассыпается на части.

Ударив по груше в последний раз, я падаю на мат, хриплое дыхание вырывается из моего горла.

Комната вокруг меня вращается, перед глазами плывет.

Так я лежу около получаса, глядя вдаль. Затем с трудом поднимаюсь на ноги и быстро принимаю душ. Бросаю спортивную куртку и форму в сумку, засовываю в рот сигарету.

Мне не хочется оставаться в дядином доме до матча. Первым делом, когда получу наследство, куплю себе дом подальше от него.

Может быть, в Шотландии.

— Снова уходишь? – раздается голос Эйдена из угла гостиной.

Он сидит перед стеклянной шахматной доской и, как ненормальный, играет сам с собой.

Я выдыхаю облачко дыма.

— Скажи дяде, что у меня тренировка.

— Или же я могу сказать правду. Ты просто не хочешь его видеть.

Я пожимаю плечами.

— Так тоже сойдет.

Уже собираюсь продолжить путь, когда он вновь подает голос:

— Я тут пообщался с твоей девушкой.

Я резко разворачиваюсь, чуть не выронив сигарету изо рта.

— Что за хрень ты несешь?

— Сказал ей то, чего ты не стал бы говорить.

Уже через секунду я оказываюсь возле него, хватаю за шиворот и рывком поднимаю на ноги.

— Даже не смей к ней приближаться, слышишь меня?

— Я и не стал бы, если бы ты не вел себя как ворчливый мудак. – Он отталкивает меня и садится на место. Берет королеву большим и указательным пальцем. – Те, кто не играет в шахматы, считают короля самой сильной фигурой, потому что партия заканчивается, когда он погибает. Но они забывают об одном: если королева погибает первой, у короля нет шансов выжить.