Онлайн книга «Мои попытки»
|
— Стоп, — мягко останавливаю его. Дрон приподнимает глаза на меня. — Тебя исключали из школы после чего? — Иногда я даже не успевал прийти туда. Иногда сразу же после собеседования, на котором я молчал. Я просто не мог ничего сказать. Я боялся того, что надо мной будут смеяться. Но когда мы были в школе, все были со мной милыми, а за спиной говорили дерьмо отцу, отказывали ему в приёме меня в школу. — То есть, твой отец говорил тебе, что тебя не принимали? — уточняю я. — Да. И нам приходилось переезжать. Но вот что странно в данных Дрона нет ни одного упоминания о том, что он даже пытался учиться в школе. Ни одного. Обычно, когда ребёнок приходит в школу, то данные остаются, документы ведь сдают. А о Дроне ничего нет. Выходит, что там что-то нечисто. И тот факт, что с Дроном все были милы, меня не удивляет, но больше напрягает то, что отец ему врал. Он не его отец. У Дрона его просто нет. У него была мать, пока он не исчез из трейлерного парка. — И что дальше? Как ты попал во всё это дерьмо? — Наркотики, — с глубоким вдохом признаётся Дрон. — Ты наркоман? — Я… это были не мои наркотики. Не мои, — настойчиво повторяет он. — Он пытается убедить меня в том, что это я их продавал, но это не так. Он говорит, что я просто не помню, так как был постоянно под кайфом. Но я не выходил из дома. Я работал по ночам в тех местах, где меня брали. Мыл туалеты, был охранником. Я… работал, а не продавал наркотики. Отец забрал меня с работы, и мы ехали домой, мне вот-вот должно было исполниться восемнадцать. Я помню это отчётливо. За нами увязалась полиция, потому что отец гнал, как безумный. Он орал на меня, потому что я тупой, и из-за меня им снова придётся переезжать. А моя сестра… хорошая девочка, я… заботился о ней. Она… она инвалид. Она родилась с повреждённым позвоночником, но очень красивая. И мы пытались сделать всё, чтобы она жила полноценной жизнью. В ту ночь я отработал смену охранника в торговом центре, отец обвинял меня в краже денег, но я не воровал. Я никогда не воровал. Я работал. Он ударил меня раз, затем второй, обвиняя во всём, и тогда нас остановила полиция. Они заставили отца выйти из машины и открыть багажник. Отец заметно нервничал, но сделал это. Там был пакет с наркотиками, он указал на меня и приказал мне заткнуться. Меня повязали. Забрали в участок. — Почему ты позволил забрать себя? — Потому что раньше… когда я боялся и чувствовал страх, да и сейчас, тоже, то перестаю говорить. Я просто не могу ничего сказать. Не могу, даже если и хочу. Только мычу. И тогда тоже мычал. Не мог говорить, потому что я неправильный, — злобно шипит он и ударяет кулаком в ладонь. — И что дальше? Тебя осудили, верно? — Да, меня осудили. Отец сказал, что нашёл человека, который вытащит меня. Я был несовершеннолетним, а отца бы точно повязали. Он кормил семью. Я и заткнулся. Только вот мне исполнилось восемнадцать, пока я ждал суда. Меня осудили и отвезли во временное место, где держат преступников до момента их распределения. Там никого не было. Это было странное место. Пустое. Там даже камер не было. Просто комната. Я провёл там… три дня. Ужасных три дня. Три дня насилия, издевательств и избиений. Я потерял сознание и очутился уже дома. Отец сказал, что он в долг попросил помочь мне. Он винил меня, что я такой слабый и тупой. В общем, мы были должны одному плохому человеку, который приказал нам приехать сюда с отцом. Мама с сестрой спрятались, мы так думали. Я работал, учился драться на улице, но денег всё равно было мало. Отец работать не мог из-за меня. Нам нельзя было высовываться, я же, по идее, отбывал своё наказание в тюрьме. Поэтому я старался. Нам предложили иной вариант заработка. Онлайн-порнография. Я должен был вести стримы, это… |