Книга Мои попытки, страница 19 – Лина Мур

— Ты, сукина мразь, решил, что со мной пройдёт всё это дерьмо? — рычит Робертс, хватая меня за волосы и запрокидывая мою голову.

— Что? — недоумённо смотрю на его злое лицо.

— Ты, блять, ни хуя не понимаешь, с кем связался. Ты, сука, подставил меня.

Получаю ещё один удар в лицо, и моя голова дёргается. Во рту собирается кровь, и я сплёвываю её, дёрнувшись в крепком захвате. Я даже защитить себя не могу.

— Я не понимаю. Я заплатил. Что не так? Мой бой…

— Хрен тебе, а не бой. Ты больше не войдёшь ни в один клуб. Ни в один, я тебе обещаю это. Хуй ты будешь ещё драться где-то, усёк? Сваливай отсюда, пока тебя не бросили, как шлюху.

— Я заплатил! Я буду драться, или верни мне мои деньги! — яростно шиплю.

— Разберитесь с ним. И я предупредил тебя, Дрон, только сунься, тебя покарают. Я не просто так предупреждаю тебя, тебя размажут на хер. Будь умнее и не лезь в это дерьмо. В следующий раз тебя просто прикончат.

Кивнув, Робертс уходит. Я не успеваю даже отрыть рот, когда удары дубинками и кулаками обрушиваются на меня. Боль вспыхивает то в голове, то в рёбрах, то в ногах, то в спине. Падаю на мокрую землю, скрючиваясь от боли, пока меня пинают. Схватив за шиворот, меня швыряют об стенку, и я бьюсь головой, в которой и так всё шумит. Скатившись, я лежу на земле, пытаясь не потерять сознание. Такая жуткая боль.

— Не суйся больше никуда, ублюдок. В следующий раз живым не останешься, — это последнее, что я слышу перед тем, как отключиться.

Капли дождя попадают на моё лицо, и я приоткрываю глаза, смутно видя перед собой незнакомый переулок. Моё тело болит настолько, что я едва могу дышать. Из моих губ стекает кровь. Шевелю пальцами, и даже они болят. С трудом сажусь на грязной земле, полностью промокший под дождём. Меня знобит от холода и боли. Голова болит. Вытираю окровавленный рот и, издав стон, прижимаюсь к стене. Где моя сумка? С усилием я оглядываю переулок, но сумки нет. Блять. Там были мои деньги и мобильный, а ещё моя одежда. Тот минимум, который у меня есть. Блять.

Да за что?

У меня в груди всё болит от злости и бессилия. За что так со мной поступили? Что я сделал не так? Я же просто… просто пытаюсь выжить. За что?

Горячие слёзы скатываются из отёкших глаз, и даже это больно. Они обжигают моё избитое лицо, а я даже встать не могу. Что мне делать? Я не готов… снова меня выебут? Снова всё это? Я не могу… не могу… больше так. Не могу. С этими мыслями я снова теряю сознание.

Кто-то пинает меня, и я распахиваю глаза, по которым бьёт слабый свет.

— Эй, ты в порядке? — Грязное и старое лицо какого-то бездомного слоняется надо мной. — Вызвать полицию?

— Нет… я… в порядке, — оглядываясь, хриплю я. Уже день. Я пропустил работу. Где я? Блять, как же больно.

— Ладно. Ты чей? Под кем ходишь?

— Что? — непонимающе смотрю на старика, плюющего рядом со мной.

— Говорю, ты откуда? Кто у тебя крыша?

— Я… Роко… Лопес, — хриплю я.

Не знаю, почему я вспоминаю о нём. Не знаю, но это первое имя, которое я могу вспомнить сейчас.

— Вот пиздец, парень. Ты уже вызвал его?

— Я… нет… мои вещи… где я?

— В заднице. Тебе нужно позвать свою крышу, сейчас сюда придут наши, и тебе пиздец. Так что тебе бы валить отсюда, с Лопесом никто не хочет иметь дело. И я… хм, сколько он даст за тебя? Ну, если я помогу тебе?