Книга Нарисованные шрамы, страница 84 – Нева Алтай

— Он бы снова это сделал, мам. Я не могу жить еще с одной смертью на моей совести. Одной уже предостаточно. Это делает меня лицемеркой? То, что меня никогда не волновало, чем он занимается или кого он убил до этого?

— Так устроен его мир. Но не твой.

Я поворачиваюсь к холсту и опять берусь за кисть.

— Мне надо закончить это до завтра.

— Хорошо, дорогая, я оставлю тебя работать. – Она протягивает руку и слегка проводит по тыльной стороне моей ладони. – Пожалуйста, отвечай, когда я звоню.

Я слышу, как удаляются мамины шаги, затем они останавливаются. Я поворачиваюсь и вижу, что она стоит в дверном проеме, ее голова слегка наклонена.

— Я ошибалась насчет твоего мужа, – говорит она, затем поднимает голову, и наши взгляды встречаются. У нее странное выражение лица. Я полностью сбита с толку ее словами и вообще всем этим визитом.

— Знаешь, твой отец никогда бы не убил человека из-за меня.

— Ну, это хорошо, мам.

— Нет, дорогая. Не хорошо, – отвечает она и покидает квартиру.

Неделю спустя

Нина

Мой телефон на тумбочке начинает звонить, но я игнорирую его и кладу подушку на голову. Звонок прекращается, но возобновляется минуту спустя. Я издаю стон, тянусь за проклятой штуковиной и отвечаю, не посмотрев, кто звонит.

— Я тебя разбудила, деточка?

Я сажусь в кровати, мгновенно проснувшись.

— Варя?

— Мне надо с тобой поговорить. Можно я заскочу?

— Конечно, я пришлю тебе адрес.

— Тогда буду там через час.

— Варя, что происходит? С ним… с ним все в порядке?

— Да. По крайней мере, сейчас. Мы поговорим, когда я приеду.

Плохое предчувствие возникает у меня в груди, пока я смотрю на телефон. Уверена, что-то не так. Я лечу в ванную, чтобы принять душ и переодеться. Я собираю кисти и выброшенные наброски, валяющиеся на полу в гостиной, когда слышу звонок в дверь.

— Что он сделал на этот раз, черт возьми? – спрашиваю я в тот момент, когда Варя входит.

— Мне нравятся такие волосы, куколка. Зеленый тебе идет. – Она целует меня и улыбается губами, но не глазами. – Давай присядем.

Я веду ее на кухню, наливаю нам две чашки кофе и сажусь на стул напротив Вари. Она пододвигает чашку к себе и держит ее в руках, смотря на жидкость внутри.

— Ты можешь вернуться, пожалуйста?

Ее вопрос шокирует меня, и секунду я удивленно смотрю на нее без слов.

— Я не вернусь. Мы развелись три месяца назад, ты это знаешь.

— Роман начал войну с итальянцами. Он сделал это специально. Они играют в кошки-мышки уже в течение нескольких месяцев: захватывают поставки друг друга, взрывают склады.

— Боже мой. О чем, черт возьми, он думал?

— Он не думал. Мне кажется, он хотел отвлечься, и итальянцы были подходящим выбором.

— Офигенное развлечение. Он сошел с ума?

— Может быть. – Она пожимает плечами и делает глоток кофе. – Знаешь, я была рядом, когда он подписывал бумаги о разводе. Думаю, что до того момента он верил, что ты в конце концов вернешься. Но после подписания этих бумаг… он просто сломался. Две недели спустя он отправил ребят перехватить одну из итальянских поставок. И поехал с ними.

— Он сделал что?..

— Он сказал, причина в том, что ему нужно было присмотреть за Сергеем, и я решила, что это будет исключением. Это не стало исключением.

— Я думала, что пахану следует управлять организацией, заниматься сделками или еще чем, а не играть роль бойца.