Книга Нарисованные шрамы, страница 62 – Нева Алтай

Нина

— Есть что-нибудь в записях из комнаты Леонида? – спрашиваю я и включаю миксер.

Я решила приготовить нам пирожки на ужин. Роман говорит, что я пытаюсь откормить его. Как будто это возможно при его графике тренировок. Однажды утром я пошла в спортзал и застала его за подтягиванием, и боже, какое это было зрелище! У этого мужчины такие кубики, которые, как я раньше верила, можно достичь только на картинке благодаря мощной фотокоррекции. После этого я стала вставать в семь, чтобы быть в спортзале к восьми и пить утренний кофе, наблюдая за ним. С того момента, когда я начала придерживаться такого режима, у него редко получается закончить всю тренировку, потому что обычно я волоку его в спальню. Что могу сказать? Я возбуждаюсь, наблюдая, как он тренируется. Роман не жалуется, поэтому, думаю, он не против, что я краду у него немного времени.

Роман пребывает в дурном настроении последние две недели, и я практически уверена, что это связано с тем, что он не получает от этих записей то, что ему нужно. Я не спрашивала, что именно он ожидает найти, но у меня есть свои подозрения.

Я чувствую прикосновение губ на затылке и затем поцелуй на плече.

— Пока ничего.

— Ты уверен, что твой дядя – это тот, кто пытался тебя убить? – спрашиваю я, и его пальцы замирают на моей шее. – Так сложно догадаться, Роман.

— Да. Именно поэтому я не хочу, чтобы ты была где-то поблизости от него, если я не с тобой.

— Что бы он мне сделал? Я… никто.

Я имею в виду: «Меня все равно здесь не будет через несколько месяцев», но я не могу заставить себя произнести эти слова. Мне чертовски больно думать об этом, поэтому я не думаю. Я исключительно хороша в игнорировании вещей, которые не кажутся мне приятными.

— Ты моя жена. Причинить боль тебе означало бы причинить боль мне.

Ага. Думаю, убийство жены пахана у него под носом не выглядело бы красиво в глазах его партнеров и подчиненных.

— Я буду осторожна.

— Хорошо. – Он снова целует мое плечо. – Оставь это в холодильнике. Переоденься. Я беру тебя в «Урал».

— В горы?

— В один из моих клубов.

— Один из?.. – Я удивленно смотрю на него и смеюсь. – Боже, я правильно поступила. Я такая охотница за деньгами! Моя мама будет очень счастлива, когда услышит об этом.

— Почему?

— Она всегда советовала мне удачно выйти замуж, помимо прочего. Думаю, я могу вычеркнуть это из списка.

— И что остается?

— Получить степень по экономике. Не кусать ногти. Перекраситься в блондинку.

— Ты не тронешь волосы.

— Ты не фанат блондинок?

— Уже нет. – Он наклоняется, пока его нос не касается моего. – Иди переоденься.

— В черное платье?

— Нет, если ты намереваешься покинуть это крыло, Нина.

* * *

Я привыкла тратить на сборы не более тридцать минут. Однако сегодня я решаю и уделить на пятнадцать минут больше нанесению макияжа. Я хочу быть на высоте, в случае если мы встретим одну из бывших Романа. Это тщеславно, знаю, но мне все равно.

Я нахожу Романа на кухне. Он опирается на стойку, поддерживая себя костылем в левой руке и держа стакан виски в правой.

Его нога выздоравливает. Он уже довольно долго совсем не пользуется инвалидным креслом, пока находится у себя в апартаментах. Хотя я все еще не видела, чтобы он пользовался тростью. Я знаю, что он тренируется, но, когда прошу показать, он говорит, что не хочет, чтобы я видела, как его шатает. Это глупо, но я не настаиваю.