Книга Прерывистый шепот, страница 60 – Нева Алтай

Я смотрю на Бьянку, которая качает головой, наблюдая, как ее бабушка направляется к мужчине, предположительно Франко.

– Она просто дурачится.– Бьянка подает знак. – Пойдем поищем, где можно присесть.

Мы выбираем один из чудом освободившихся столиков, расположенный в стороне, и молча наблюдаем за толпой. Официант приносит нам наши напитки, и Бьянка тянется к моему бокалу, переставляя его с правой стороны на левую. Думаю, она сделала это машинально, поскольку выглядит слишком сосредоточенной, выбирая канапе с тарелки перед нами. Должно быть, она заметила, что я не ставлю напитки в мою слепую зону. Странно, но, видимо, ее совсем не волнует, что у ее мужа только один глаз. Я прекрасно знаю, в каком ужасном состоянии мой правый глаз, поэтому все равно жду, что однажды, проснувшись у меня на руках и посмотрев на меня, она отшатнется. Но она просто улыбается и снова засыпает еще на несколько минут. Моя Бьянка не любит просыпаться рано утром.

Вокруг много мужчин, и моя жена выглядит сегодня особенно желанной в своем платье. И под ним у нее ничего нет.

Я хватаю ее стул и придвигаю его ближе к себе.

— Детка, – наклоняюсь, чтобы прошептать ей на ухо, – сядь ко мне на колени.

Бьянка

Я смотрю на Михаила, приподнимаю бровь, затем встаю и становлюсь между его ног. Он постукивает себя по левому бедру и пристально смотрит на меня, словно бросая мне вызов. Михаил никогда ничего не делает просто так, и мне любопытно, что он задумал, поэтому я поворачиваюсь и сажусь ему на колено.

— Довольно много народу. Твоя Нонна пользуется популярностью, – говорит он.

Его рука находит разрез моего платья, и в следующую секунду он прикасается пальцем к моему колену, а затем медленно поднимается выше по внутренней стороне бедра. Он задерживается там на мгновение, а затем начинает подниматься выше. Сумасшедший. Моргнув, я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него.

— Что-то не так? – спрашивает он, его лицо – истинное воплощение спокойствия и невинности, как будто это не его рука находится у меня между ног.

Я приподнимаю край своего платья и прячу его руку в ткань, оглядываясь назад, на толпу гостей. В эту игру могут играть двое.

— Интересно, – тихо произносит он, когда его палец добирается до моей обнаженной сердцевины, надавливая на клитор. – Посчитают ли они наше положение сидя уместным?

Я делаю глубокий вдох и слегка раздвигаю ноги, радуясь, что стол закрывает нас от посторонних глаз.

— Знаешь, я заметил, что с тех пор, как мы сюда приехали, не менее двадцати мужчин раздевают тебя глазами, – шепчет он, и внезапно его палец входит в меня. – Мне это не нравится, Бьянка.

Когда его палец ловко ласкает меня в самом интимном месте, мое дыхание учащается и мне становится все труднее сохранять бесстрастное выражение на лице. Не верится, что я сижу перед двумя сотнями людей с пальцем Михаила внутри меня. И как чертовски хорошо я себя при этом чувствую. О боже, к нам приближается официант с подносом, полным десертов. Я хватаю Михаила за предплечье и начинаю тянуть его за руку, но он полностью игнорирует меня и дразнит мой клитор большим пальцем.

— Я очень ревнивый человек. – Он двигает пальцем, заставляя меня прикусить губу, чтобы стон не сорвался с моих губ. – Я не потерплю, чтобы другие мужчины пялились на мою жену.