Книга Скрытые истины, страница 103 – Нева Алтай

— Что ты делаешь? – стону я.

— Играюсь. – Его рука исчезает, и он входит. Сергей дважды в меня толкается, затем снова выходит. Его палец заменяет член.

Рычание, полное разочарования и желания, срывается с моих губ.

— Сергей!

— Да, детка?

— Ты нужен мне, – выдыхаю я. – Внутри. Сейчас.

— Как сильно? – Палец в моей киске сжимается и касается точки, от чего по моему телу пробегает дрожь. Затем палец исчезает, и мне хочется закричать. Я так близко. Если он продолжит мучить меня, я сойду с ума.

Он пощипывает мой клитор, затем снова вводит палец внутрь.

— Я спросил, как сильно, Ангелина.

— Я прибью тебя, – шепчу я ему на ухо, прижимаюсь губами к его плечу и кусаю его. Сильно.

Низкий рычащий звук срывается с губ Сергея, когда он входит в меня полностью. Рука скользит вниз по моей ноге, пока не достигает колена.

— Ах ты, маленькая плутовка. – Он поднимает мою ногу и отводит в сторону, раскрывая меня шире.

Я улыбаюсь, затем издаю стон, когда он начинает входить в меня, и хватаюсь за его плечи, пытаясь удержаться на кровати. У меня не совсем получается, поэтому я упираюсь руками в изголовье и тяжело дышу, когда его бедра вдалбливают меня в матрас. Он такой большой, что мне немного больно, но это приятная боль. Она напоминает мне, что Сергей здесь и разумом, и телом. Когда дрожь оргазма сотрясает мое тело, я закрываю глаза, но мгновение спустя Сергей хватает меня сзади за шею.

— Смотри на меня! – рявкает он, полностью напрягаясь, его член набухает еще сильнее, когда он достигает своего оргазма.

Я вздыхаю и открываю глаза. Кладя ладонь на его щеку, я вглядываюсь в его глаза.

— Всегда, – шепчу я.

Четыре года спустя

Ангелина

— Мамочка.

Я отрываю глаза от сока, который выжимаю, и улыбаюсь, когда мой взгляд падает на нашего трехлетнего сына, крепко обвившего Мими за шею. С моими темными волосами и светлыми глазами Сергея он идеальное сочетание нас обоих.

— Что такое, Саша?

— Папа снова спит наяву, – говорит он.

Я оставляю апельсин на столе и пересекаю кухню, чтобы присесть перед сыном на корточки.

— Ты пробовал поцеловать его, чтобы разбудить?

— Нет.

— Тогда давай сделаем это вместе. Хорошо?

— Хорошо. – Он берет меня за руку и ведет в гостиную.

Сергей неподвижно стоит перед окном, уставившись на что-то снаружи. Я поднимаю нашего мальчика на руки и встаю перед мужем.

— Готов? – спрашиваю я, и Саша нетерпеливо кивает. – Хорошо, держись крепче на всякий случай.

Когда я наклоняю нашего сына к отцу, он обвивает своими маленькими ручками шею Сергея и целует его в щеку. Сергей мгновенно протягивает руки, обхватывает Сашу за талию и крепко прижимает его к своей груди.

— Прости. – Сергей наклоняется, чтобы поцеловать меня в губы. – Как долго?

— Не больше пяти минут, – шепчу я ему в губы. – Ты хорошо справляешься, малыш.

За последние пару лет приступы у Сергея значительно уменьшились. Этот был первым за последние три или четыре месяца. Они больше не длятся часами, и ему легче выбраться из них.

— Когда придут Альберт и Гваделупе?

— Почему ты продолжаешь называть его так? – смеюсь я. – Он не живет здесь уже три года.

Сергей ухмыляется.

— Потому что это его бесит. Старый сумасшедший зануда. Слышала, что он купил Гваделупе на их годовщину?

— Нет.

— Дробовик.

— Шикарно. Уверена, ей понравится. Когда они… – Мой взгляд падает на телевизор за спиной Сергея, по которому показывают последние новости. – Ого! Ты это видел?