Книга Разрушенные секреты, страница 51 – Нева Алтай

— Лекцию? – Он шагает мне навстречу и смотрит на меня. – Это не лекция, Изабелла. Это приказ. Которому лучше подчиниться.

Он, правда, усиленно пытается сосредоточиться на моем лице, но каждые несколько секунд его глаза опускаются вниз.

— Или что? – интересуюсь я.

Положив ладони на дверной косяк по обе стороны от меня, он наклоняет голову, чтобы прошептать мне на ухо: – Не провоцируй меня, Иза.

Иза? О, он, должно быть, очень зол, если позволил сорваться такому с языка. Я наклоняю голову так, что мои губы почти касаются мочки его уха. – Но мне нравится это делать, – шепчу я в ответ, а затем касаюсь кончиком языка его уха. – Очень.

Он делает глубокий вдох. Слева от меня раздается странный треск, но я не двигаюсь, наслаждаясь его близостью. Желание прильнуть к нему, прижаться щекой к его щеке и зарыться пальцами в его волосы пожирает меня заживо, но я борюсь с ним. Мне нужно, чтобы он пришел ко мне по собственной воле – потому что он этого хочет, а не потому, что я довела его до безумной похоти. Я и так уже переступаю черту дозволенного.

Стоять перед ним обнаженной было рискованно. Наполовину я была уверена, что он не устоит, но он все еще сопротивляется. Упрямый, какой же упрямый мужчина. Что мне нужно сделать, чтобы ты увидел меня, Лука? Не девушку, на которой тебя заставили жениться, а женщину, которая была влюблена в тебя так долго. У меня больше не осталось оружия. Если он не захочет меня после всего, что я сделала, чтобы соблазнить его, есть ли смысл продолжать попытки?

Его голова слегка наклоняется в сторону, и я чувствую, как кончик его носа касается моей шеи. Мое тело замирает, а сердце начинает бешено колотиться в груди, когда я прислушиваюсь к его дыханию. Когда я вижу его нависающее надо мной тело и не решаюсь коснуться его, мне хочется кричать от отчаяния. Сделай что-нибудь, черт бы тебя побрал!

— Возвращайся в душ, Изабелла, – говорит он, а затем молча уходит в свою комнату.

Я смотрю на дверь, соединяющую наши комнаты, которая сейчас закрыта, и удивляюсь, как можно так яро ее ненавидеть. О, как же я ненавижу эту дверь и все, что она собой представляет. Вздохнув, я прислоняюсь спиной к дверному косяку и только тогда замечаю это. Обшивка с другой стороны перекошена, ее верхняя часть отделена от стены. Я подхожу ближе, чтобы осмотреть повреждения, и провожу кончиками пальцев по поверхности доски в том месте, где была его рука, а затем возвращаюсь в душ с широкой улыбкой на лице.

Лука

Я хватаюсь за столешницу перед собой и смотрю на свое отражение в зеркале над раковиной. Со мной что-то не так. Это единственное объяснение.

Сегодня вечером, оставив Изабеллу обнаженной в ее комнате, я сел в машину и поехал в центр города, в то время как мой член был на грани от сильного возбуждения. Я планировал вызвать эскорт и просто покончить с этим. Я колесил по городу два часа, но в итоге вернулся домой и в ду́ше нашел облегчение от собственной руки. Снова. Думая о девятнадцатилетней девушке в соседней комнате.

Дамиан говорит, что я веду себя неразумно, но он не понимает моих опасений. Я не нежный мужчина, и мои вкусы в том, что касается секса, не подойдут девятнадцатилетней девушке. Если я не буду сдерживаться, Изабелла, вероятно, испугается.