Книга Игра в сердца, страница 49 – Сэнди Бейкер

Джек и Гарри, к моему недовольству, не включают в чистовой монтаж ее снобское кривляние. По настоянию Роберты Дафна остается главной претенденткой на роль невесты, поэтому зрители должны ей симпатизировать, считая ее подходящим выбором для Дэниела.

Ах, малыш Дэнни, ах ты маленький…

— Все на борт, дамочки! – кричит Дэнни с палубы. Камера разворачивается в мою сторону, и я широко улыбаюсь. А внутри съеживаюсь. «Все на борт, дамочки?» Он сам это придумал или ему Гордо посоветовал?

— Готовы провести прекрасный денек в Сиднейской бухте? – спрашивает он.

Мы все шестеро киваем, как китайские болванчики. Лишь Дафна кивает с достоинством, как и полагается настоящей леди. А Каз – противоположность настоящей леди – кричит:

— Да готовы мы, готовы! А теперь, может, поедем или будем дальше здесь болтаться, как тряпки на веревке?

Улыбка на миг стирается с лица Дэниела; интересно, попадет ли это на камеру? Каз – глоток свежего воздуха в Волчьем особняке, с каждым днем она нравится мне все больше и больше. Если Дэниел снизойдет до нее и выберет в невесты, она хоть научит его не быть таким претенциозным ослом. Хотя вряд ли: я видела вырезанные кадры, на которых он отзывался о ней как о «плебейке», несмотря на то, что у нее диплом инженера-строителя.

— Ну тогда айда на борт, матросы! – Дэниел сопровождает эту абсурдную фразу призывным жестом, и я невольно прыскаю. Бекка косится на меня, и я пытаюсь сделать вид, что закашлялась. Уловка старая, как мир, но Бекку не проведешь: она подозрительно прищуривается. Мы встаем в очередь и заходим на яхту по мосткам. Дэниел «помогает» сделать последний шаг: берет каждую из нас за ручку и целует в щечку.

Я иду последней, и когда он наклоняется и целует меня в щеку, меня окутывает облако его одеколона. Густой пряный запах слишком тяжел для десяти утра.

— Эбби, можно тебя на минутку? – шепчет он мне на ухо.

— Снято! – кричит Гарри. – Простите, ребята, звук плохо записался. Бекка, вам с Эбби придется еще раз пройти по мосткам… можно от середины и вверх. Дэниел, говори погромче.

Мы с Беккой спускаемся по мосткам и ждем команды. Она поворачивается ко мне.

— Я зубы помадой не испачкала? – спрашивает она и показывает зубы.

— Нет, все хорошо, – отвечаю я.

— Спасибо. Все время кусаю губу. Нервная привычка, – говорит она.

— Волчицы, приготовьтесь, – объявляет Гарри. – Мотор!

Мы с Беккой второй раз заходим на яхту, и в этот раз Дэниел просит остаться со мной наедине на минутку так громко, будто кричит через площадь, где полно народу. Я чуть не вздрагиваю, но все же сдерживаюсь: еще не хватало в третий раз это снимать.

— Снято! Все получилось, – говорит Гарри. – Всем спасибо. Дальше снимаем на кормовой палубе: жду всех волчиц, кроме Эбби. Эбби, Дэниел, пройдемте на верхнюю палубу.

Поскольку мне первой из всех выпало время наедине с Дэниелом – мини-свидание на групповом свидании, – я, естественно, стану мишенью для девчонок. Несомненно, язва Кайли скажет мне какую-нибудь гадость. Бекка тоже может расстроиться. К моему разочарованию, она симпатизирует Дэниелу, хотя я не понимаю почему. И в жизни, и на экране он разговаривает с ней снисходительно, будто она не самая умная из присутствующих. Уверена, он относится к ней предвзято из-за внешности. Ведь она могла бы бросить учебу на аналитика данных и пойти работать моделью в Милане. А Дэниел, видимо, просто не способен совместить в уме эти два факта: что девушка может быть одновременно умной и красивой.