Книга Сидеть, лежать, поцеловать, страница 27 – Изабель Зоммер

* * *

Полный провал. Я поняла это уже на выходе из автобуса, увидев «Мартина, 33 года», стоящего на условном месте под столбом с огромными часами перед ювелирной лавкой.

Он был не из тех, кто в профиле приписывал себе десять сантиметров роста или сбавлял десять килограммов веса, и он не пользовался фильтром, чтобы убавить себе с десяток лет. Ничего такого. Тем не менее я сразу поняла, что у нас ничего не получится.

— Приветик, Милена! А ты в жизни еще симпатичнее, чем на фото. – Его рукопожатие оказалось теплое и мягкое, он протянул мне бордовую розу. Когда он пригрозил, что придет на свидание с розой в качестве опознавательного знака, я решила, что это шутка. Но он действительно говорил всерьез.

Я быстро прокрутила в голове скудные сведения, предоставленные его профилем. Но информации было мало. Его описание состояло из нескольких эмодзи: бокал вина, самолет, глобус и лицо с вытянутыми для поцелуя губами и сердечком. То есть он любил выпить, увлекался путешествиями и искал кого-то для отношений на грани флирта, встречи на одну ночь и настоящей любви – как свежо! Единственное, что он сообщил в форме текста, было просьбой не писать женщинам выше одного метра семидесяти пяти сантиметров. Предложение сопровождалось несколькими восклицательными знаками. И почему я не пролистнула дальше?

Я смущенно повертела цветок в руках.

— Слушай, да, ты тоже. Мила. Вообще-то меня зовут Мила. – Конечно, в такой массе желающих образовать пару, которыми кишмя кишит сайт знакомств, можно было и перепутать. А вот «приветик» я ничем не могла оправдать.

Он был одет в брюки, обтягивающие ноги сильнее, чем легинсы, в которых я чилю по вечерам на диване. Но я с трудом обратила на это внимание, потому что меня ослепили его белые зубы. С ними что-то явно было не так. Отбеливание? Виниры? Встроенные прожекторы?

Но может быть, это было лучше, чем торчать в одиночестве дома и задаваться вопросом, что со мной не так или правы ли мои родители. Поэтому я позволила Мартину отвести меня в бар, по его мнению, «самый убойный», где музыка, которую ставил диджей, звучала так оглушительно, что мы вынуждены были перекрикивать ее. На стенах повсюду висели золотые маски, отражаясь в стеклянных столешницах, и казалось, будто их взгляды преследовали меня.

— Так чем ты занимаешься по жизни? – прокричал он мне в ухо. Гель на его светлых волосах, судя по всему, расплавился, из-за чего передние пряди приклеились ко лбу вместо того, чтобы образовывать изящную волну.

Я потягивала коктейль – сумасшедшую смесь текилы, лаванды и сиропа из личи, приправленного картофельными палочками в сахарной глазури. Вкус полностью соответствовал описанию.

Был в моей жизни период, когда я волновалась на свиданиях, но это было примерно лет десять назад, а может быть, и все пятнадцать. Черт, какая я старая! Вот бы сейчас ощутить что-то хотя бы отдаленно похожее на то возбужденное покалывание в желудке, которое заставляло меня страшно нервничать и на место которого теперь пришла скука.

— Специалист по уборке места преступления. Я убираюсь в местах, где трагически погибли люди. Несчастные случаи, суицид… насильственная смерть.

— Правда? – голубые глаза зачарованно смотрели на меня, хотя круглое лицо их владельца совершенно не подходило к его худощавому телу.