Книга Мой друг, страница 65 – Оливия Лоран

Я даже не думала, выбор был очевиден. Я просто хотела, чтобы оно было у него, словно в этом есть какой-то скрытый смысл, будто это что-то ценное и важное. Необходимое.

— Сердце? — с трудом выговаривает надтреснутым голосом. — Это… Блядь, — прикрывает глаза, тяжело сглатывая. — Это не просто сердце. Это гребенный орган, Ми! Мышечный орган! — нервно прочесывает рукой по волосам. — С клапанами, венами и прочей хренью…

И тут меня прорывает.

— Если не нравится, так и скажи! — кричу на него, сжимая крепче пальцы с подвеской, обжигающей ладонь. — Так говоришь, словно я настоящий орган сердца тебе дарю!

Артёма пробивает лихорадочной дрожью. Сжимая челюсти до скрипа, щурится, словно мои слова причиняют ему нестерпимую боль.

Я в смятении. Никогда. Никогда еще не видела его таким.

— Не нравится… — продолжаю, глядя на перекаты мышц под кожей его рук. — Значит, не принимай, — заключаю на выдохе со слезами на глазах.

Внутри поселяется колючее и тягостное чувство тревоги и сожаления. Его мучения захватывают и меня, заставляя проживать эти эмоции вместе. Сложно разобрать, где собственная обида и обеспокоенность, а где его злость и отчаяние.

Переводя дыхание, заставляю себя принять эти реакции адекватно. Внушаю себе, что это не повод для ссор и обид.

— Всё в порядке, — говорю ему, утешая тем самым и себя. — Ну, не удался сюрприз. Не угадала. И что с того? Не страшно, оставлю себе.

Глаза Артёма проясняются. Смотрит в самую душу, пытаясь найти там какие-то непонятные для меня, но определенно важные и успокаивающие его ответы. Медленно машет головой, вводя тем самым в замешательство. Что хочет сказать? В чем не согласен?

— Нет… Стой, — натужно тянет воздух и так же тяжело и протяжно выдыхает. — Покажи, — косится на сжатую ладонь.

Стоит разжать пальцы, как он тут же отводит взгляд в сторону, подворачивая и закусывая нижнюю губу. А когда возвращается к моим глазам, как-то криво и вымученно усмехается и снова машет головой, слово не может поверить.

— Прости, Ми… — склоняясь, сталкивает нас лбами. — Прости… Мне нравится. Правда, очень нравится. Пиздец, как нравится, — шепчет в губы, легко касаясь своими, и следом покрывает мое лицо серией коротких поцелуев.

Теряюсь от такой стремительной смены его настроения. Минуту назад и взглянуть не мог на мой подарок, а теперь уже нравится…

Не разрывая объятий, Артём перекатывается на спину и тянет меня за собой. Прижимает к себе с каким-то невыразимым трепетом, заставляя меня непроизвольно жмуриться от накативших чувств и эмоций. Поглаживающие движения его руки вдоль моей спины заставляют вибрировать каждый нерв на теле. И когда опускаю голову ему на грудь, вся тревога, скопившаяся внутри наконец-таки находит выход под успокаивающийся ритм его сердца.

— Тём… — тяну нерешительно. — Почему ты так странно отреагировал? — приподнимаюсь, опуская подбородок на замок своих рук у него на груди, и смотрю ему прямо в глаза, удерживая взгляд. — Скажи мне.

Очень хочу, чтобы поделился, ведь чувствую, что что-то не так.

— Ми, — тяжелый выдох. — Это мои загоны. Хрень… Из детства еще, не думай об этом.

Нахмурившись, роюсь в своей памяти, но ничего подобного и близко не нахожу.

— Я не помню ничего такого. Расскажешь?

Вижу, как его напрягает эта тема. Я словно ковыряюсь в открытой ране, от чего самой становится не по себе. Решаю отложить этот вопрос на потом, понимая, что сейчас не самый подходящий момент. Стоит переварить эту информацию, понять тот самый смысл и найти правильные вопросы.