Книга Его наглый друг, страница 101 – Оливия Лоран

Сложно прикинуть, сколько проходит времени, пока атакую ее сладкий рот.

Разрывая поцелуй, перемещаюсь на влажную шею. Одной рукой нащупываю нужные кнопки и жму на них, пока с механическим звуком под нами не раскладывается сиденье.

— Повторим?

Отрываюсь от шеи и разворачиваю ее пылающее лицо к себе. Молчит. Но глаз не прячет.

Не разрывая затянутого жаждой контакта, прижимаю ее за талию к себе и опускаюсь спиной на кресло вместе с ней.

— Нравится, — перепечатываю вдруг бездумно.

Алина цепенеет на вдохе, а затем… разворачивается в моих руках и снова тянется к губам.

Достаточно долго приходим в себя после очередного тест-драйва. Пытаюсь понять, что меня остановило и на этот раз. Вряд ли отсутствие необходимой защиты. Этот момент как-то и не мелькнул в мыслях.

Она отвечала несдержанно, кусала губы в ответной реакции. Не смущаясь скользила ладонями по моим напряженным плечам, груди и торсу.

И даже когда стонала, срываясь на крики в моменты оргазма, я, блядь, не убрал свои пальцы, чтобы ворваться внутрь так, как давно хочу. Глубоко и грубо.

В потрясении пялюсь в одну точку на лобовом стекле, пока она поправляет одежду и расчесывает руками свои спутанные волосы.

Я даже сбился со счета, какой уже день подряд нахожусь в режиме голодовки и острой потребности нормального секса.

«Я еще ни с кем»

Неужели, действительно принял на веру ее когда-то брошенные слова? Только что это меняет?

«Меня интересует лишь секс»

Свои же мысли на этот счет, как издевательская усмешка сверху добивает.

Выезжая на трассу с лесополосы, еду по маршруту домой. Мы не обсуждали совместную ночевку, но другого варианта и не рассматриваю сейчас. К слову, Алина тоже ничего об этом не говорит. Может, конечно, и не понимает пока. Зато удивляет другими размышлениями…

— Настя говорила, что они со Славиком собрались на море завтра… на сутки.

— Хочешь поехать? — спрашиваю прямо.

— Нет… — теряется тут же. — Просто интересно, тебе он ничего не говорил?

— Звал. Саня с Ирой тоже едут. Но… — кидаю на нее короткий взгляд, — у нас с тобой другие планы.

— Это какие же?

Еще один взгляд и переключаюсь на дорогу. Смущение на ее лице сменяется зарождающейся паникой. Не могу сдержать ухмылку, хотя и понимаю, что неуместно.

— Ма-а-акс? Что за планы? — набирает обороты.

— Завтра узнаешь.

Подъезжая к дому, так и не встречаю протеста с ее стороны. И это радует. Даже если это вызвано тем, что она гадает над грядущими планами, меня все равно распирает довольством.

Однако и дома нас ждала та же программа, что и в тачке в трех соснах. И когда, как мне кажется, Алина уже заснула, меня друг прорывает.

— Ты девственница?

По ее оборвавшемуся дыханию и разогнавшемуся пульсу под ладонью на груди, понимаю, что все-таки не спит. Но и отвечать не спешит.

— М-м? Алин? — целую в висок и разворачиваю к себе лицом.

— Мне казалось… ты это уже понял… — прячет глаза у меня на груди, прожигая в ней дыру, что ощущается огнем под ребрами. — Да и я… говорила. Это проблема? — подливает масло в костер, когда поднимает встревоженный взгляд к моим глазам.

— Кажется, да.

Вселенского, блядь, масштаба! До необоснованного, но лютого воодушевления. Невъебенного счастья!

С-сука… Смешно от своей реакции и необъяснимой наивности. Но я сам каким-то образом в это вдруг верю, пока впитываю ее эмоции.