Книга Мой босс - катастрофа, страница 17 – Оливия Лоран

Стоит мне только закрыть глаза, как я будто наяву вижу потемневший, затуманенный похотью взгляд моего босса, от которого всё горит, пылает внутри.

Кожа покрывается мурашками, словно я до сих ощущаю горячие прикосновения его рук, так бесстыдно шарящих по телу. В моих фантазиях они еще крепче стискивают меня в объятиях, прижимают к крепкой мужской груди, ползут по бедрам выше, забираются под задравшуюся юбку, задевая пальцами стратегически важные места, отчего меня мгновенно бросает в жар.

Черт!

Я даже не поняла, в какой момент начала фантазировать… И это очень, очень плохо. Что может быть хуже, чем воображать, как бы мог закончиться вечер с генеральным? Верно, хуже только встретиться с ним лицом к лицу.

Именно по этой причине в понедельник я не спешу к нему в кабинет с отчетами, тогда как уже полчаса назад они должны были лежать у него на столе.

Останавливает меня и то, что буквально с первых минут, как я появилась в офисе, поняла, что что-то происходит.

Все суетятся как муравьи, когда сорвалось гнездо. Коллеги перешептываются друг с другой, активнее шуршат бумагами и напряженно стучат пальцами по клавиатуре. Даже Лена, милая тихоня из бухгалтерии, носится с документами быстрее, чем обычно, и едва не сбивает чашку с кофе с края моего стола.

— У нас какая-то проверка? — осторожно спрашиваю у своей соседки, Ксюши. Она, конечно, не самый близкий союзник, но честно всегда делится сплетнями.

Ксюша спешно меняет файл на экране на вкладку в Excel и смотрит на меня с таким выражением, будто впервые видит.

— Роман Сергеевич сегодня в чудовищном настроении, — шепчет она, будто наш кабинет на прослушке. — Лишний раз лучше не высовывать, хотя… — растягивает звуки, окидывая меня задумчивым взглядом. — Он отрывается обычно только на нас, а ты у нас в привилегированном положении.

— С чего это? — выдыхаю растерянно.

— Ну ты же его личная ассистентка…

Да уж. После того, что случилось в пятницу, чувствую, положение мое и правда изменилось. Вот только сомневаюсь, что это особое отношение хоть отдаленно напоминает что-то хорошее…

Закусив губу, я снова смотрю на распечатанные листы с отчетами и расписанием босса, решаясь, наконец, подняться и пойти к нему. Перед смертью не надышишься. И только я успеваю выйти из-за стола, как снова возвращаюсь к разрывающемуся телефону.

Я хватаю трубку, стараясь унять нервную дрожь. Спокойно, Вика…

— Виктория, ко мне в кабинет. Немедленно, — басит Роман Сергеевич, отчего мое спокойствие тут же рассыпается. Я почти физически чувствую, как меня прибивает этим тоном.

Черт, вот не мог он позвонить минутой позже?

На ватных ногах направляюсь к его кабинету. Хочу успокоить сердце, но оно слишком сильно бьется. Останавливаясь перед массивной дверью, ловлю сочувствующий взгляд секретаря и коротко стучу.

— Войдите, — его голос кажется стал еще жестче.

Я захожу, и тут же чувствую, как воздух в комнате будто электризуется. Его кабинет всегда пахнет дорогим деревом, кожей и чем-то еще… Находиться здесь сложно.

Он сидит за своим огромным столом, не поднимая на меня глаз. Только этот жесткий профиль, который вычерчивает свет из окна, и рука, бесцеремонно постукивающая карандашом по деревянному столу.

Всё внутри звенит от напряжения, и из-под ног словно уходит земля, когда он поднимает голову, врезаясь в меня тяжелым взглядом.