Книга Другая сторона стены, страница 69 – Надежда Черкасская

– Хорошо, что я не старообрядец, – сказал Дима, беря шпатель и помахивая им, – я даже не знаю, кто это такие.

– Фасад отскабливай, дубина, – Ира ткнула Диму локтем и еле заметно кивнула в сторону крыльца – там, раздуваясь от собственного величия, с кем-то вел беседуХвостов. Похоже, что с бригадиром тех, кто работал внутри. Мы слышали лишь обрывки разговора, но в них уловили если не всю суть, то уж точно ее часть, и часть достаточно важную для того, чтобы переглянуться и без единого слова составить общий план на сегодня.

– Нет-нет, если нормально, значит, не трогаем. … пустоты и прочее – сами знаете. … меня или хозяина. А сейчас … надо груз принять… накладную. Возьми мужиков – и выдвигаемся… дождь не сильный.

Сделав вид, что мы усиленно работаем над удалением старой штукатурки и над кладкой в оконных проемах под своими импровизированными лесами, мы, не сговариваясь, буквально уткнулись носами в фасад, причем, Дима при этом начал размахивать шпателем активнее всех – куски побитой временем штукатурки отлетали только так, и я уже начала думать, что собирать их мы сегодня будем дольше, чем работать.

– А, Николаева и бригада! – воскликнув Хвостов, спускаясь с крыльца. За ним шел седой крепкий мужчина в возрасте далеко и глубоко за пятьдесят – мы видели его несколько раз, но каких-то особых взаимоотношений с теми, кто работал внутри, у нас так и не установилось, если не считать того, что строители регулярно стреляли у Паши и Иры сигареты.

– Опять у вас с фильтром, – негодовали они, – Ну ладно, давайте.

И так было каждый день.

– Ну вы, эт самое, Денис Игнатьевич, девчонку во главе бригады поставили, – хихикнул строитель, от чего мне сразу захотелось залепить ему рот жирным густым куском цементного раствора. – вон же пацаны есть.

– Так один просто историк, а не архитектор, куда я его, – пожал плечами Хвостов, и я заметила, что под футболкой у Паши напряглись мышцы. Они говорили так, будто нас здесь не было – и это было не слишком-то приятно.

– А второй чего?

– Ох, если бы он знал… – собирая носом пыль со стены, прошептал Дима.

– Да ну вас, нормальные у нас девчонки, – Хвостов удовлетворенно оглядел фасад, – вон, видите, всего четвертый день, а они уже сколько сделали. Николаева, – он снова обратился ко мне, и пришлось поднять голову. В своем голубом дождевике и уже довольно грязной кепке я выглядела не слишком довольной жизнью. Бригадир в этот момент шмыгнул в дом, очевидно, чтобы позвать с собой строителей.

– Слушаю, – я отряхнула руки о дождевик и выпрямилась, все еще держа в руке широкий шпатель.

– Нам надо уехать минут на сорок,может, больше. Если вам надо будет пообедать – сходите. Если не пойдете, то можете сегодня на час пораньше уйти. Археологи вон уже вообще бамбук курят, – он показал на пустой, закрытый сверху навесом раскоп, на дне которого угадывались очертания сложенных в квадраты и прямоугольники бревен – очевидно, остатки каких-то служебных помещений, сгоревших или снесенных Бог знает, когда. Я задумалась над тем, почему бы нам не поискать в раскопах, если вдруг в доме ничего не сыщется. А что мы, собственно, вообще ищем? В этом смысле ни у меня, ни у Паши, ни у кого-либо еще не было конкретных мыслей. Мы ищем что-то, что укажет нам на невиновность Софьи в убийстве. А может, она и правда убийца?