Книга Криминалист 4, страница 54 – Алим Тыналин

Я вздохнул.

— Замечательно.

Ламарка засмеялся, затем поморщился, смех отдался болью в плече.

— Ох, черт. Не смешите раненого.

Встал со стула.

— Мне пора, Джо. Допрос после обеда. Нужно подготовиться.

— Удачи. Выбейте из него все что знает.

— Постараемся.

Я еще раз пожал ему руку.

— Поправляйтесь, Джо. Скорее возвращайтесь на службу.

— Скоро вернусь. Пуля меня не остановит.

Я вышел из палаты, спустился на первый этаж и выбрался из госпиталя.

Сел в машину, посмотрел на часы. Одиннадцать двадцать. До допроса еще достаточно времени.

Поехал домой.

По дороге включил радио. Послушал новости. Диктор говорил о Уотергейте и слушаниях в Конгрессе.

Выключил.

Наступила тишина.

Вскоре я припарковался у дома и поднялся в квартиру.

Пусто. Тихо.

Прошел на кухню, налил стакан воды. Выпил залпом. Посмотрел на телефон.

Нужно позвонить Дженнифер. Поговорить. Но что ей сказать?

Я стоял у телефона пять минут. Затем поднял трубку. Набрал номер родителей Дженнифер в Огайо.

Раздались гудки. Три. Четыре. Пять. Наконец трубку подняли. Я узнал голос матери Дженнифер:

— Алло?

— Миссис Томпсон, это Итан. Можно услышать Дженнифер?

Пауза.

— Она не хочет разговаривать с тобой, Итан.

— Пожалуйста. Мне нужно поговорить с ней. Это важно.

Снова пауза.

— Подожди.

Шаги. Приглушенные голоса вдалеке.

Минута ожидания.

Затем голос Дженнифер:

— Что ты хочешь, Итан?

Я закрыл глаза.

— Хочу поговорить. О нас. О свадьбе. О том что ты сказала.

— И что ты решил?

Я открыл глаза, посмотрел на пустую квартиру.

— Я люблю тебя. И хочу чтобы свадьба состоялась. Но мне нужно время понять как изменить жизнь. Как найти баланс.

Тишина в трубке.

Затем:

— Сколько тебе надо времени?

— Недели хватит.

Дженнифер вздохнула.

— У нас три недели до свадьбы, Итан. Три недели. Если ты не определишься за это время…

— Определюсь. Обещаю.

— Твои обещания… — Она замолчала. — Хорошо. Неделя. Но если ничего не изменится, свадьбы не будет. Я серьезно.

— Понимаю.

— Я позвоню через неделю. Посмотрим.

— Хорошо.

Она положила трубку.

Я стоял с трубкой в руке, слушая гудки.

Время идет.

Нужно решить.

Работа или семья.

Или найти способ совместить.

Если это вообще возможно.

Ровно в два часа дня я подошел к комнате допросов. Томпсон уже ждал у двери, курил сигару, выдыхая дым в коридор.

— Готов? — спросил он.

— Готов.

— Он молчит третий час. Дактилоскопия, фотографии, формальный обыск, не сказал ни слова. Только смотрит и усмехается. — Томпсон затушил сигару о пепельницу на подоконнике. — Попробуем продавить. У нас достаточно улик для обвинения и без признания, но Холмсу нужны показания. Имена заказчиков, посредники, другие убийства.

— Понял, сэр.

Томпсон открыл дверь. Мы вошли.

Комната допросов размером двенадцать на четырнадцать футов. Бетонные стены окрашены в блеклый зеленый цвет, краска облупилась на углах. Под потолком гудели флуоресцентные лампы, давая холодный белый свет.

В центре стоял металлический стол, поцарапанный и помятый. Три стула, два с нашей стороны, один напротив.

На стуле сидел киллер.

Руки в наручниках, прикованы к стальному кольцу на столе. Цепь длиной фута полтора, позволяла двигать руками, но не дотянуться до нас.

Он сидел расслабленно, откинувшись на спинку стула. Ноги скрещены под столом. Белая рубашка помялась, рукава закатаны. Темные брюки, потертые кожаные ботинки. Темные волосы с проседью взъерошены, на лице щетина.