Онлайн книга «Тайна мыса Пицунда»
|
Капризный полководец подвел не только Плеве, но и Брусилова, и Ставку. По замыслу начальника штаба фронта Алексеева, наши армии должны были устроить австрийцам гигантский «котел». После чего Францу-Иосифу оставалось только просить мира. Рузский четыре раза проигнорировал приказ Алексеева! Он не стал размениваться на всякие там котлы, взял пустой Львов, сорвал аплодисменты журналистов. А враг сумел вырваться из окружения и продолжить войну. За своеволие Рузский был не наказан, а, наоборот, вознесен. Тому имелись причины. Только что в боях в Восточной Пруссии российская 2-я армия потерпела страшное поражение. Большая часть ее чинов попала в плен, командующий генерал-адъютант Самсонов застрелился. В таких условиях для успокоения общественного мнения годились все средства, и липовый успех Рузского пришелся очень кстати. «Освободитель Галиции» получил за один успех сразу два «георгия» – беспрецедентный случай в русской истории. После Львова генерал пошел на повышение и возглавил части Северо-Западного фронта. Тут пришлось иметь дело с германцами. Когда они начали наступать на Варшаву и Ивангород[85], Рузский стал пятиться всеми своими тремя армиями перед двумя немецкими корпусами. Имея пятикратное превосходство в силах! Его отход освободил противнику оперативный простор для окружения всех наших войск в Русской Польше. Между Новогеоргиевской крепостью и вплоть до реки Дунаец образовался промежуток длиной в 350 верст. Защищали его лишь гарнизоны Варшавы и Ивангорода плюс кавалерийский корпус Новикова. Ставка приказала главкомсевзапу передать соседу на Юго-Западный фронт свою 2-ю армию. Упрямец и тут тянул до последнего, так, что Варшава не пала только чудом. Потом началось германское наступление под Лодзью. Михели сунулись в глубокий прорыв небольшими силами и угодили в ловушку. Группа генерала Шеффер-Бояделя должна была сложить оружие – ее положение казалось безнадежным. Она насчитывала всего 13 тысяч штыков и сабель. А вела в своих рядах 16 тысяч наших пленных и катила 64 трофейных орудия. Благодаря медлительности и пассивности Рузского, на ее пути оказалась, вместо целой армии, лишь 6-я Сибирская стрелковая дивизия. Германцы пробились сквозь нее, захватив дополнительно в плен еще 3500 солдат и 440 офицеров (правда, раненых, лежащих в дивизионном госпитале). И привели к своим пленных и прикатили пушки. Затем в начале 1915 года своими безграмотными приказами Рузский погубил 20-й корпус, полностью погибший в Августовских лесах. Вину за это он свалил на командарма–1 °Cиверса, который в итоге застрелился. Герой Галиции мастерски умел перекладывать собственные ошибки на подчиненных и расправлялся с ними. За несколько месяцев боев он снял с должностей всех своих командармов. В очередной раз генерал-адъютант и трижды георгиевский кавалер отличился осенью 1915-го во время Свенцянского прорыва германцев. Как раз в Ставке произошли перемены: царь снял с должности главковерха великого князя Николая Николаевича и сел на его место. Противник воспользовался суматохой и частичной потерей управления русскими армиями и ударил в стык между 5-й армией Северного фронта (Плеве) и 10-й Западного (Радкевич). Целью было уничтожить армию Радкевича. Началось кровопролитное сражение. И Рузский вместо того, чтобы помочь Плеве спасти соседа, все получаемые резервы посылал не ему, а на другой фланг, к тихому балтийскому побережью, где не было никаких боев. В результате лишь титаническими усилиями войск и стойкостью Плеве и Радкевича удалось спасти стык двух фронтов от прорыва. |