Книга Вход только для мертвых, страница 28 – Валерий Шарапов

Журавлев послушно последовал ее совету, сел. Не показывая виду, что голоден, принялся не спеша жевать вкусный пирожок, запивая его чаем, обжигая потрескавшиеся губы. После того как Илья утолил голод, его потянуло в сон, непроизвольно смежались потяжелевшие веки.

— Да вы прилягте, — сжалилась над ним Ирина. — Я разбужу, если что.

— Так посижу, — отказался Журавлев.

Прислонившись спиной и затылком к стене, он надвинул на глаза фуражку и тотчас провалился в сон.

Кадровик деловито нацепил очки на нос, с неохотой оторвал тучный зад от стула. Подавшись вперед, грузно опираясь костяшками сжатых пальцев на стол с зеленым сукном, он долго рассматривал своими маленькими цепкими глазами с набрякшими под ними мешками удостоверение. То ли проявлял необходимую бдительность, то ли выказывал милиционеру свою значимость. Плечи его коверкотового пиджака были густо усыпаны перхотью, редкие белесые волосинки гладко зачесаны на правую сторону.

Он так долго рассматривал удостоверение, что Журавлев начал закипать. А еще оперативника раздражала лежавшая на стуле мягкая подушка, подстеленная под его и без того мясистый зад. Наконец кадровик важно кивнул, выдвинул ящик стола и достал оттуда блестящий ключ. Держа его пухлыми веснушчатыми пальцами с жесткими ворсинками, неповоротливо развернулся и, скрипя полами, подошел к массивному шкафу, не спеша открыл дверцы. Осторожно, словно ценный груз, взял двумя руками продолговатый ящичек, плотно набитый карточками, вернулся к столу. Недолго покопавшись в плотных рядах картонок, он выудил формуляр операционной медсестры Филатовой и аккуратным каллиграфическим почерком выписал оттуда на клочок серой бумажки нужный милиционеру адрес. Все это он проделал с такой скрупулезной расчетливостью и медлительностью, что на его действия было тошно глядеть.

— Пожалуйста, молодой человек. — Кадровик протянул листок. По тому, как он к нему обратился, Илья сразу понял, что этот гражданский человек в армии никогда не служил. — Знаете ли, сахарный диабет, — признался тот, хотя Журавлев ни о чем его не спрашивал, а только хотел побыстрее получить данные и адрес гражданки Филатовой.

«Телепатией, что ли, обладает», — мимоходом подумал он и невольно улыбнулся:

— Спасибо вам.

— Это вам спасибо, молодой человек, вы занимаетесь таким нужным делом. Сколько этой еще осталось швали, которая жить нам мешает, — неожиданно с сочувствием ответил кадровик и уважительно пожал его крепкую ладонь. Рука же у него самого была на удивление мягкой и теплой, даже горячей.

Проводив милиционера, кадровик долго разглядывал лежавшую на столе карточку Филатовой. Потом взял ручку, макнул в чернильницу и с нажимом перечеркнул ее крест-накрест.

Уже подходя к выходу из госпиталя, Журавлев догадался о приближении автобуса по надрывному звуку старенького изношенного мотора. «ЗИС-8» остановился напротив подъезда, жутко проскрипев тормозами, и тотчас перед оперативником распахнулась дверь.

— Карета подана! — бодро известил из салона Орлов, и через секунду его плотная фигура с улыбающейся смуглой физиономией замерла в дверном проеме, упираясь руками в стенки. — Видишь, какие тебе почести? А все потому, что ты сумел раздобыть установочные данные. Цени! — Он утверждающе поднял свой заскорузлый указательный палец вверх.