Книга Вход только для мертвых, страница 23 – Валерий Шарапов

Оперативник непроизвольно подобрался, как всегда происходило с ним, когда его подстерегала близкая опасность. Бесшумно ступая на носки офицерских хромовых сапог, словно он находился на фронте в дозоре, бывший полковой разведчик, а нынче оперативный сотрудник уголовного розыска старший лейтенант милиции Илья Журавлев большими скачками понесся в ту сторону.

Выскочив из-за угла, он увидел в темноте ведущей во двор тесной арки копошащийся серый клубок. Там кто-то шумно сопел, шуршали ноги по асфальту. В какой-то момент ночную тишину резанул пронзительный женский крик о помощи и мигом оборвался на высокой ноте. А потом грубый мужской голос угрожающе произнес:

— Заткись, курва. Не то чичас твою симпотную рожу лезвием распишу.

— Падла, за руку укусила, — пожаловался другой мужской голос, и раздался звук пощечины, усиленный стенами и арочным перекрытием.

Женщина от удара упала на колени и уже потухшим голосом жалобно попросила:

— Я все отдам. Только не убивайте… мальчики… дорогие мои. У меня трое деток дома остались…

— А как насчет отжарить? — нахраписто поинтересовался еще один. Судя по его хрипоте, это был третий участник грабежа. — Булки-то у тебя ништяк.

— Стоять, милиция! — громко крикнул Журавлев, быстро приближаясь к преступникам, держа перед собой двумя руками пистолет. — Ну-ка, отпустите женщину, — грозно приказал он. — Или стреляю.

В темноте разглядеть его серую, сливающуюся с обшарпанными стенами фигуру было невозможно, и грабители в его слова не поверили. Стрелять же он не хотел. Эти люди хоть и разговаривали на блатном жаргоне и с напускной интонацией меняли свои голоса на грубые, стараясь выглядеть отпетыми урками, все ж по их ломким голосам оперативник без труда определил в них мелкую городскую шантрапу. «Смена заклятым уголовничкам подрастает», — с болью подумал он.

— Ты че, дядя, рамсы попутал? — По-блатному растягивая слова, на него двинулся невысокого роста человек с широко раскинутыми руками. — Я ведь и ножичком могу тебя почикать. За мной не заржавеет. Сдриснул. Быстро. Ну-у! — надрывно заорал он, желая жутким своим воем вынудить постороннего человека убежать сломя голову.

Очевидно, раньше столь наглое поведение сходило ему с рук, но не в этот раз. Человек, назвавшийся милиционером, продолжал неумолимо надвигаться, как моторный асфальтовый каток, и бандит заколебался.

— Атас, легавый! — внезапно взвизгнул он, обретя настоящий свой голос, разглядев на фоне далекого уличного фонаря милицейскую фуражку на голове Журавлева, когда тот ступил в узкую полоску мутного света.

Парень мгновенно развернулся, первый кинулся бежать во дворы. Через секунду за ним ломанулись его дружки. Прислушиваясь к нестройному топоту, Илья не стал их преследовать, а кинулся на помощь женщине. Она плакала навзрыд, закрыв ладонями лицо.

— Не бойтесь. Все позади, — сказал Илья как можно доброжелательнее, хотя внутри у него все кипело. — Поднимайтесь.

От перенесенного ужаса ноги у женщины подгибались, она не могла стоять. Тогда Журавлев прислонил ее к стене, заботливо поддерживая под руку. Увидев валявшуюся в ногах сумочку, впопыхах оставленную юными грабителями при бегстве, когда стало вдруг не до ее содержимого, он поднял сумочку и вложил женщине в руку.

— Держите. Думаю, здесь все в целости и сохранности.