Книга Посмотри в ее глаза, страница 79 – Людмила Мартова

– Я Лизу никогда не видела. Как вы думаете, бывает излишняя осторожность, когда речь идет о похищении ребенка? А если бы эта ваша Инна пропала? Вы бы тоже считали, что посторонним людям не должно быть до этого никакого дела?

Вид у Светланы стал менее воинственный.

– Да я что? Я не возражаю, – буркнула она. – Но это действительно Инна была. Дочка моей младшей сестры. Павел с ней возился, пока мать в командировке, а я в больнице. Мы, сама понимаешь, с сестрой моей не сговаривались, чтобы это одновременно случилось. Хотя дите с мужиком оставлять так себе идея. Ни накормить нормально не может, ни помыть. Инка-то уже стесняется, десять лет девке. Но и ты пойми. Кому понравится, когда полиция вопросы задает. Налетели, когда Паша в доме у сестры моей был. Там все соседи второй день кудахчут, что Аньку арестовать хотели. Анька – сестра моя. Много ли надо в наши дни, чтобы человеку репутацию испортить.

Видимо, вопросы к репутации неведомой Аньки у соседей были и до этого. Впрочем, какая Кате-то разница.

– А одежда? – спросила она.

Светланы она больше не боялась. Та принадлежала к категории людей шумных, громогласных, скандальных, но неплохих и даже в глубине души добрых. Гостья действительно ничего ей не сделает. Такие люди, к примеру, не способны, подкравшись сзади, исподтишка нанести удар по голове.

– Какая одежда?

– Та, что мы с Тимофеем нашли в кустах. Макинтош и резиновые сапоги. Они лежали у вашего забора. Я видела одетого в них человека, когда шла к дому тети Тани. Это мог быть ваш муж. Потом он скинул одежду в кустах, перелез через забор, как это сделали мы с Тимофеем, а уже потом вышел через калитку встречать скорую помощь.

Катя вдруг споткнулась. Встреченный ею человек в макинтоше шел ей навстречу, то есть не к дому Светланы и Павла, а от него. Теоретически, конечно, он мог сделать круг, чтобы вернуться и проделать все то, о чем Катя только что сказала, но зачем? Для алиби? Но он не мог знать, что на заросшей тропинке между домами встретит Катю Ильинскую. Нет, не стыкуется. Не выходит у Данилы-мастера каменный цветок. Никак не выходит.

– Да Паша от меня не отходил. Я с утра проснулась, поняла, что ослепла, испугалась, начала плакать, кричать.

Да, наверное, с учетом Светланиной эмоциональности, это было очень громко.

– Паша вызвал скорую и сидел со мной рядом. Примочки чайные мне на глаза делал. Успокаивал. Не уходил он из дома, даже на пять минут не уходил. Да и сама посуди, если бы это он девчонку из дома увел, стал бы он одежду, в которой преступление совершил, у своего же дома под куст кидать? Унес бы куда подальше или вообще сжег. Нет, ты как хочешь, а тот, кто на самом деле злодеяние учинил, специально макинтош этот проклятый нам под забор подкинул. Чтобы на Пашу моего подозрение навести.

– Нелогично, – вздохнула Катя. – Если бы мы с Тимофеем через забор не полезли, эта одежда там могла неизвестно сколько пролежать. Часто ли вы в те кусты лазите? Вон, у вас ирга не собрана.

– Да чего ее собирать? – махнула рукой Светлана. – У нас ее никто не ест. Анька в прошлом году варенье сварила, так до сих пор банка осталась. Растут кусты и растут. Все не голо.

Но Катя ее не слушала. Неожиданная мысль пришла ей в голову. В тех кустах, где были спрятаны макинтош с сапогами, они с Тимофеем оказались, потому что Бортников выбрал именно это место, чтобы перелезть через забор. А что, если он хотел, чтобы находка была обнаружена, и позвал Катю в свидетели, что наткнулся на нее совершенно случайно? От этой мысли у нее даже дух захватило.