Книга Посмотри в ее глаза, страница 39 – Людмила Мартова

Одно дело – хвастаться перед полным профаном и совсем другое – выставлять свои работы на суд знатока.

– Практически нет. Просто про освещение даже ребенок знает.

– Отсутствие уличного света прекрасно компенсируется искусственным освещением, – пожал плечами Василь. – Девушки, что же вы стоите? Проходите. С чего начнем? С чая с пирожными, я сегодня купил в местном магазинчике чудные свежие пирожные, или с мастерской?

– С пирожных, – решительно вступила в разговор Кристина, до этого молчавшая.

– Ничего, что мы пришли вдвоем? – тихонько спросила Катя.

Ей было слегка неловко, потому что приглашали ее одну.

– Конечно, – успокоил ее Василь. – Я ведь понимаю. Молодая женщина не может с места в карьер прийти в гости к нестарому еще мужчине. Это неловко. Я должен был сам об этом подумать и заранее сказать, чтобы ты взяла с собой подружку.

– Кристина – моя племянница.

– Мы с Кристиной прекрасно знакомы. – Василь подмигнул девочке, но та не ответила, деловито проследовав в кухню.

– Мы же чай здесь будем пить? – крикнула она оттуда.

Катя закатила глаза. Мол, подросток, что ты хочешь? Художник засмеялся. Шагнул в сторону кухни, элегантно подхватив Катю за локоть.

– Здесь-здесь. И чай пить, и пирожные есть. И еще у меня есть малина, купленная у местных бабулек. Она уже последняя, скоро сезон закончится, так что налетайте, девочки. Бутербродов с сыром хотите? Я еще не завтракал, вас ждал.

В мойке стояла кастрюлька с остатками овсяной каши и тарелка с ложкой. Василь проследил за Катиным взглядом.

– Кашей я вчера ужинал. Признаться, терпеть не могу готовить, так что стараюсь обходиться минимумом. Утром бутерброды, днем какой-нибудь простенький супчик, вечером каша. Так что, насчет сыра? Вы голодны?

– Мне пирожные, – заявила Кристина.

– Да и мне, пожалуй, пирожного хватит. – Голос Кати звучал неуверенно, так как позавтракать она с утра не успела. Сначала проспала, а потом отправилась вместе с подполковником Макаровым на место преступления.

– Ну, как хотите.

Где-то с полчаса они пили чай с пирожными и болтали о разных вещах. Беседа лилась непринужденно, как будто они были знакомы очень давно. Катя даже не помнила, когда еще ей было так легко сходиться с людьми. Василь оказался начитанным человеком, и его суждения о произведениях современных авторов во многом совпадали с Катиными. Не скучала даже Кристина, которая, как Катя уже заметила, тоже, в отличие от большинства современных подростков, явно любила читать.

– Работы свои покажешь? Мы же для этого пришли, – напомнила Катя, когда чай был допит.

– Конечно, – с готовностью поднялся со своего стула Василь. – Прошу не судить строго.

Они втроем прошли в мастерскую, и Василь включил свет. Хрустальная люстра под потолком брызнула тысячью искр.

– Согласен, что не совсем подходящее освещение здесь, но что поделать, несмотря на то, что в Излуках идет постоянное строительство и новых коттеджей очень много, снять дом на целое лето оказалось весьма сложной задачей, – вздохнул художник.

– Дом вообще странный, – согласилась Катя. – Снаружи выглядит огромным, я думала, тут много комнат, а их, по сути, всего три.

– Да, гостиная, спальня и мастерская. Но мне больше и не надо. Я же один. В кухне готовлю, в гостиной по вечерам читаю и смотрю кино, в спальне сплю, в мастерской работаю. А дом… Когда-то здесь был амбар, где хозяева хранили зерно, после революции его отдали колхозу под те же цели, а чуть позднее отвели многодетной семье, сбежавшей в деревню от голода. Глава семьи его перестроил, печи установил, как-то приспособил под жилье. Ну а потом дом переходил из поколения в поколение, ветшал. Последние хозяева его отремонтировали, даже скважину выкопали, воду провели, канализацию обустроили. Но внутри денег хватило лишь на часть дома. Ее я и снял.