Книга Посмотри в ее глаза, страница 119 – Людмила Мартова

Он вдохнул воздух, наполненный терпким запахом хвои, прелых листьев и спелых ягод. Морошка уже отошла, брусника и клюква еще не созрели, белые, твердые, а вот черники вокруг огромное количество, просто ковер из иссиня-черных горошин. Бортников наклонился и сорвал несколько ягод, ссыпал их в рот. Упругие ягоды лопнули на языке, высвободив сочную мякоть, через кислинку которой проступала вяжущая рот сладость.

И вновь память услужливо подкинула другую картину, главной героиней которой оказалась все та же Катя Ильинская. Как она, запрокинув голову и щурясь от удовольствия, ела с куста иргу. Наверное, сейчас она так же радовалась бы чернике. Тимофею захотелось набрать ей ягод, но он отогнал неуместное в нынешних обстоятельствах желание. Когда все закончится, он сводит Катю в лес, и они вместе наберут столько черники, сколько она пожелает.

– Тихо, – вторгся в его размышления голос Александра Гордеева.

Оказывается, пока Тимофей грезил о Кате, он успел в одиночку дойти до избушки, обойти вокруг нее и вернуться обратно.

– Ну что, пробуем войти? – спросил Дмитрий Макаров. – Илья, вы остаетесь снаружи, и это не обсуждается. Я вас позову, когда будет нужно. Вера, вы, пожалуйста, побудьте с Ильей.

У этого человека так ненавязчиво получалось командовать, что никому даже в голову не приходило спорить. Тимофея совершенно не удивляло, что Дмитрию Макарову удалось создать крупный и процветающий строительный бизнес. Он и сам руководил производством, неплохо справляясь и с технологическим процессом, и с продажами, и с сотрудниками, но такой мягкой, непререкаемой властностью не обладал, конечно. Хотя какие его годы. К макаровскому возрасту, может, и он будет выглядеть и вести себя точно так же.

Повинуясь поданному Дмитрием сигналу, Тимофей вслед за самим Макаровым, Гордеевым и участковым двинулся к избушке. Та оказалась, разумеется, заперта на большой висячий замок. Когда Тимофей оказался тут в первый раз, замок висел старый, насквозь проржавевший, сейчас же он блестел в рассеянных лучах солнца, а еще отливал обильно смазанным жиром. Да, избушкой явно кто-то пользовался, и Тимофей вполголоса озвучил это свое наблюдение, получив одобрительный взгляд Макарова.

Саша Гордеев сбросил с плеч рюкзак, который тащил с собой, и достал из него кусачки. Что ж, ребята явно подготовились к предстоящему походу гораздо лучше, чем сам Бортников. Мгновение, и дужка замка оказалась перекушена, а сам он вытащен из петель. Чуть скрипнула, открываясь, тоже хорошо смазанная дверь. Все-таки тот, кто здесь бывал, оказался предусмотрительным человеком, ничего не скажешь. Вслед за остальными Тимофей шагнул через порог деревянного сруба из потемневших от времени бревен.

Изнутри заметные трещины между покосившимися венцами были видны гораздо больше, чем снаружи, потому что сквозь них пробивался солнечный свет. Окон здесь никогда не имелось, потому что помещение скорее использовалось как лесной амбар, чем как место для ночлега, поэтому внутри, несмотря на щели, было темно.

Щеки коснулось что-то непонятное, липкое. Тимофей дернулся, но быстро понял, что это всего-навсего паутина. Пахло сыростью, плесенью и старым, подгнившим деревом. Постепенно абсолютная темнота начала рассеиваться. Пелена перед глазами рассеялась, и сквозь нее проступили контуры отдельных предметов: деревянные полки вдоль стен, накрытые чем-то похожим на рогожу, мокрое, сгнившее сено на полу. В углу на него было наброшено что-то типа пледа, кажется клетчатого. Глаза пока не настолько адаптировались к темноте, чтобы различить такие мелкие детали.