Книга Искатель, 2007 № 04, страница 56 – Журнал «Искатель», Владимир Стрижков, Александр Юдин, и др.

Семен терпеливо выслушал наставления и вопросы своего помощника. Хитро улыбаясь, щелкнул пальцами:

— Не дрейфь, Вольдемар, это, как ты выразился недавно, плевое дело! У Скобельцина пропала дорогущая семейная реликвия — брошь в виде ландыша. Когда звонил пострадавший, я еще не знал о подвале, но меня осенила мысль взять на понт это семейство и выявить, кто вор! Подробности плана уже излишни, ведь у нас есть это… — Семен развел руки в стороны, тем самым показав, что имеет в виду мастерскую. — Давай, Вольдемар, советуй, с чем мы пойдем разоблачать вора?!

Владимир, порывшись в одном из шкафов, выудил старую книгу в жестком коричневом переплете. Отложив свою находку в сторону, взял с той же полки другую. Это был более увесистый том.

— Вот! — помощник положил перед Семеном две толстые книженции. — Это надо искать здесь.

Владимир стал листать книгу, что поменьше. Встречая закладки с пометками, внимательно читал их и, недовольно морщась, продолжал ему одному ведомый поиск. Семен взял вторую книгу, на обложке красовалось «Китайско-русский словарь». Закравшееся подозрение оправдалось, как только он заглянул через плечо увлеченного Владимира:

— Мы что, будем переводить с китайского на русский? Владимир, оторвавшись от своего занятия, кивнул.

— Ненормальный! Ты представляешь себе, что мы непереводим?

Владимир перестал листать страницы, испещренные иероглифами.

— Нашел! Вот поглядите, закладка вашего деда, написано: «Правдивые слезы Будды — как заставить лжеца говорить правду». Есть пометкаи в книге, где, по всей видимости, говорится об этих слезах.

Семен хмыкнул:

— Остается дело за малым — произвести точный перевод.

Помощник задумчиво осмотрел помещение.

— Где же он у нас стоит? Я как-то помогал Григорию Алексеевичу творить эти слезы! Ах да, он у нас зачехленный стоит, за морозильной камерой.

Владимир прошествовал в правый конец мастерской и минутой позже вернулся, держа тяжелую габаритную ношу. Поставив на пол прикрытый белой материей предмет, утер пот.

— Тяжелый, зараза! Ой, извини меня, Великий Будда, за сквернословие, я не тебя имел в виду.

Владимир стоял, слегка наклонившись к принесенному предмету, и оправдывался перед ним.

— С тобой все в порядке? — спросил Семен и, сдернув материю, открыл сидящую в позе лотоса статую Будды.

— Да я так, на всякий случай, для общего дела, можно ска-, зать… Надеюсь, Великий Будда будет сегодня к нам благоволить.

Владимир очертил круг, в него вписал треугольник, вершины которого указывали: восток-юг-запад. Установил три свечи по окружности в точках соприкосновения с треугольником. В центре треугольника нарисовал глаз. Статую Будды поставил на изображенное око так, чтобы ликом он был повернут к югу.

— Вроде все так и было. Теперь надо что-то там жечь у ног статуи и одновременно лить воду на лоб Будды. Вода стечет по лицу божественной особы в этот сосуд… — Владимир указал на плошку, которую Будда держал у себя под животом, — это и будут правдивые слезы Будды.

Семен обошел ритуальную композицию и вернулся к столу.

— Будешь писать, а я буду переводить.

Помня из обрывочных знаний о китайском языке, что каждый иероглиф может обозначать не только букву, но и целые словосочетания, Семен начал выискивать после отметки покойного деда перевод первого иероглифа.