Онлайн книга «Ботфорты божьей коровки»
|
– Ну, есть новости? – спросил он, входя в комнату. – Зачем пригласили? – В процессе работы возникли вопросы, – пояснила я. – Ваш отец собирал произведения живописи… – Какое отношение это имеет к смерти Марсельезы? – перебил меня Владимир. – Если это правда, то некоторые произошедшие события выглядят иначе, чем мы думали. – В завещании Натальи Петровны, – подключился к разговору Димон, – указано, что она не хочет нарушать волю своего мужа Николая. А тот в свою очередь распределил наследство. Марсельеза уже получила квартиру, поэтому ей достались только два полотна большой стоимостью из коллекции картин, которую собрал ваш отец. Продав их, женщина могла не бояться нищей старости. Но ваша сестра не обращалась ни в один аукционный дом. Не следует думать, что полотна были проданы тайком, покупатель и продавец встретились, договорились и не уплатили налог. Подобное возможно, но мы знаем, что доктор наук была очень аккуратна, никогда не нарушала закон. И зачем ей продавать живопись из-под полы? Картины законно перешли в собственность женщины. Пейзажи должны бы висеть у нее в комнатах, а их там нет! Но обратите внимание на фотографию на экране. Владимир повернул голову. – Перед нами стена над изголовьем кровати, – продолжил Егор. – В ней – четыре гвоздя. Похоже, на них что-то висело. Случайно не знаете, что? Владимир пожал плечами. – Я в гости к Марсельезе заходил всего один раз, и то стоял в прихожей. Какие полотна ей достались и достались ли вообще, понятия не имею. Сам я получил пару картин, но про Марси не знаю. А что касаемо Ирины, ей досталось больше всех. Она ведь получила квартиру и диадему. – Полотна, которые отошли к вам, скорее всего, очень дорогие, – тихо сказал Егор. – И их цена постоянно растет. Не знаю, сколько у вас работ, но, даже если их всего две, Ирина получила от старших копейки. – Ни фига себе копейки! – вскипел клиент. – За апартаменты бешеные миллионы получить можно! – Недавно пейзаж британского живописца Уильяма Тернера продали на «Сотбисе» за сорок семь с лишним миллионов долларов, – отбил мяч Димон. – У вас, случайно, не было в коллекции его произведения? – Про диадему забыли, – обозлился наш клиент, не отвечая прямо на вопрос. – Вроде она фальшивая, – напомнила я. – Ирка заказала копию, отдала ее мне! – заорал старший брат. – Изобразила бедную козу: «Ой-ой, мама оставила безделицу! Где настоящая? Не знаю!» Врет она ловко! Подлинное украшение баба спрятала, меня обдурила! – У Марсельезы в спальне в стене остались гвозди, – вернулась я к нужной теме. – На них определенно что-то висело. Об этом еще свидетельствуют выцветшие прямоугольники. Так всегда случается, когда картина долго висит, а потом ее снимают. Кто мог забрать произведения живописи? – Понятия не имею, – вдруг тихо ответил Владимир. – А ваши полотна где? – полюбопытствовала я. – Одно продал, приобрел просторную квартиру, загородный дом и машины себе и жене. То, что осталось, поместил в банк под хороший процент. Все налоги уплачены, все прозрачно, все легко проверить… Но отец Ирину любил больше, чем нас с Марси. Хорошо помню, как на Рождество ей подарили бриллиантовые серьги бабушки, Евгении Петровны. Мне в тот год досталась книга «Третьяковская галерея», а Марсельезе – чашка с блюдцем. Старшая сестра умела владеть собой, она не изменилась в лице, поблагодарила родителей, похвалила презент. Ирка же завопила от радости, воткнула подвески в уши и побежала любоваться на себя в зеркало. А мне так обидно стало, слов не хватит описать! Я старший сын, по правилам, главный наследник! Но на тот момент родители живы были, умирать не собирались. Я сумел проглотить горький ком в горле, поблагодарил за книгу. Признаюсь, после кончины отца и матери рассчитывал на большое наследство, но… |