Книга Тени дома с башенкой, страница 79 – Евгения Ринская

Андрей Михайлович наклонился к ней всем корпусом.

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

Римма Борисовна напряженно выдохнула. Что ж, не стоило ожидать, что это будет легко.

– Внуки Марьи Власьевны, – с нажимом произнесла она. – Их похитили сегодня днем и прислали нам записку. До этого мне угрожали, требовали оставить Дом с башенкой. Я знаю, что вы хотели его получить еще до того, как я его купила. Хватит. Давайте решим все вместе с вами. Причем здесь Марья Власьевна и ее внуки?

Андрей Михайлович помолчал, а затем, наклонившись вперед, хлопнул водителя по плечу.

– Гони!

Машина, и без того летевшая по шоссе, рванулась вперед так, что Римма Борисовна откинулась назад и неприятно ударилась затылком о подголовник. Мимо мелькали темные силуэты деревьев, сливавшиеся в одну сплошную стену. Она почувствовала, как сердце у нее в буквальном смысле ухнуло куда-то в пятки. Теперь, даже если бы она захотела закричать или выпрыгнуть из машины на ходу, это бы ничего не изменило.

Андрей Михайлович,кажется не замечая ее состояния, властно повернулся и произнес.

– Рассказывайте мне все.

– Что – все? – не поняла Римма Борисовна.

– Все. По порядку. С чего начались угрозы? Что вы вообще затеяли в Неприновке? – голос у него был жесткий.

Римма Борисовна с тоской посмотрела на мчавшуюся мимо дорогу. Хотела бы она сама знать этот вопрос. А лучше – оказаться где-то подальше от Неприновки.

– Мы хотели найти часовню, – наконец с трудом проговорила она. – Точнее так – я нашла старую тетрадку Вити Егорушкина, после этого мы решили найти его часовню. Потом умерла баба Вера. Ко мне в дом кто-то залез – напакостил и написал жалобу чиновникам. Потом мы нашли… нашли Витю.

– На этом этапе мы уже бывали, – нетерпеливо кивнул головой Андрей Михайлович. – Дальше что было?

– Дальше, – растеряв обычную уверенность продолжила Римма Борисовна. – Кто-то кинул в окно Дома с башенкой камень. Мы решили восстановить разрушения до суда, и вот, когда я была там, кто-то кинул камень, – поправилась она. – А потом, потом я осталась там с детьми, и дети пропали.

Голос ее сорвался и она почувствовала, как предательски защипало в носу. До сих пор Римма Борисовна не считала себя плаксой и вообще, была уверена, что в трудной ситуации надо искать решение, а не плакать – так всегда говорил Адриан Валентинович. Но сейчас, перечисляя события последних месяцев, которые, как выяснилось, неумолимо шли к этому финалу, она почувствовала себя брошенной и одинокой. Больше всего грызла ее несправедливость – ведь ничего плохого она Неприновке не хотела, почему же все эти беды на них так и посыпались?

Андрей Михайлович наклонился и прошептал что-то на ухо водителю – Римма Борисовна не услышала, да и, кажется, не хотела слышать. Тот кивнул.

Скоро за окном замелькали городские окраины. Римма Борисовна почувствовала, как воспряла духом – значит, спасение возможно. Можно кричать, биться в окно, перечисляла она в уме варианты, когда машина повернула за угол и резко остановилась: джип стоял в тихом переулке возле кладбища. Сердце предательски заныло. Ничего хорошего это, на первый взгляд, не могло сулить.

– Выходите, – потеребил ее за плечо Андрей Михайлович. – Быстрее!

Римма Борисовна, всю дорогу мечтавшая выбраться из этого автомобиля, вдруг инстинктивно заупрямилась.