Книга Синдром тьмы, страница 164 – Рокиа

Она откидывает волосы, показывая шею.

– Смотри: это твой засос, Дерек.

В моей голове тут же вспыхивает яркое воспоминание о ее мягкой коже. Я опускаю глаза, чтобы она не увидела эмоции, раздирающие меня изнутри.

– По-твоему, я это сама сделала? – Она снова показывает на шею, будто обвиняя меня в преступлении. – Смотри, как сильно ты меня укусил. У тебя будто была ломка…

Я беру ее за руку.

– Сиа, прекрати.

Она с усмешкой подмигивает.

– О, ты опять начинаешь. Обычно ты берешь меня за запястье, а потом…

Я тут же отпускаю ее руку, она смеется.

– Ладно, принц. Поедем вместе на работу, – она касается пальцами моей руки.

Всего лишь обычное прикосновение, а я уже чувствую, как меня окутывает ее завораживающий запах. Мое дыхание учащается, мысли путаются, сбивая мои ориентиры.

Я отдергиваю руку.

– Не надо меня подвозить. Я сам доберусь.

– Ты всегда очень холодный… а вчера был горячий. Что случилось? Сожалеешь о случившемся?

В ее взгляде мелькает любопытство вперемешку с весельем. Как будто она заранее знала, что я сделаю шаг назад. У Сии, в отличие от меня, нет никаких границ, никаких стен. Она болтается между безумием и абсурдными фантазиями, которые выражаются в ее непостижимом языке.

Я пристально смотрю на нее.

– А если я скажу да?

Ее реакция отличается от реакции любой другой девушки в подобной ситуации. Она начинает смеяться, как будто я рассказал ей очень смешную шутку. Потом она подходит ко мне ближе, и меня затягивает глубокая тьма ее глаз.

– Я буду умолять тебя снова передумать.

При этих словах холод, который обычно замораживает всех моих демонов, исчезает с невероятной легкостью. Она меня не боится.

– Ты не знаешь, о чем говоришь.

Никто не может выжить на необитаемом острове, границы которого я так защищаю. Он наполнен кровью, скорбью и грехами. Мама потеряла зрение, когда попыталась взглянуть на него. Тайлер потерял рассудок, когда вдохнул его воздух.

Все что-то теряют, когда соприкасаются с тем, что я скрываю. Точнее, все что-то теряют, когда подходят ко мне слишком близко.

– И не надейся. Я любопытная и не сдамся, тем более теперь, когда я почувствовала вкус твоего безумия.

Она не понимает, о чем говорит, – на самом деле никто не хочет видеть, никто не хочет знать. Я должен оставаться внутри границ. Я не могу пересечь их. Я не должен их пересекать.

Я молча поворачиваюсь к воротам дома и достаю ключи.

– Когда ты меня целовал, то на секунду замер. И в этот момент я прочитала кое-что, отличное от сожаления. Немного похоже на то, как когда кто-то обжигает пальцы о пламя: ты обжег пальцы, но словно хотел гореть вечно, несмотря на боль. Вот теперь мне интересно, что же тебя удерживает от этого…

Я замираю с ключами в замке. Ее тяжелый взгляд прожигает мне спину. Она перешла границу.

Я поворачиваю ключ.

– Этого не повторится, Сиа. Садись в машину и уезжай.

Я открываю калитку и захлопываю ее за собой. Зайдя в дом, бросаю взгляд на улицу: через окно я вижу, что она вздыхает и поворачивается к машине. Не знаю, что она задумала. И не знаю, понимает ли она, что от меня лучше держаться подальше.

Дома я тут же наливаю стакан воды и выпиваю две приготовленные таблетки. Закрываю глаза, пытаясь вернуть душевное равновесие.

Я говорил, что из-за нее все может пошатнуться… но я не ожидал, что увлекусь ею до такой степени, что забуду все свои ограничения. Я не могу быть с ней, она существо без тормозов, без правил, без четких границ. Я не могу позволить себе это сделать.