Книга Второй шанс для матери-злодейки, страница 40 – Диана Маш

Но затем вдруг вспомнилоб одиноко стоящей на пороге маме. Дождался, когда его спустят на пол, схватил самолетик, прижал к груди и подбежал к ней. Поднял голову и уставился льстивыми глазками.

— Мамочка, я тебя тозе очень люблю. Не ласстраивайся, что осталась без подалка. Я поделюсь с тобой самолетиком. Будешь иглать с Баоцзы?

От его убийственной милоты сердце Лю Фан пропустило удар. Глаза покраснели. Опустившись на колени, она притянула к себе малыша, обняла его и под недоверчивым взглядом Юань Хао нежно поцеловала в лобик.

— Конечно, буду. Разве мама может отказать своему сладкому пирожочку?

Юань Хао не понимал, а потому немного опасался этой новой Лю Фан. Жена никогда не была хорошей актрисой. Все её скверные помыслы читались на лице. Впрочем, она и не пыталась ничего скрывать.

Однако сейчас он, не раздумывая, выдал бы ей «Оскар». До того её игра была безупречной. Если бы не четыре года знакомства, три из которых они жили вместе, он бы безусловно поверил.

— Уже поздно, поиграешь с мамой завтра, — обратился Юань Хао к сыну. — Пошли, я искупаю тебя перед сном. А самолетик отнесёшь завтра в садик, покажешь Цзю Лэлэ.

— Ничего я ему не показу, — гордо приподняв кругленький подбородок, буркнул малыш, не желая покидать теплые мамины объятия.

— Почему? — удивился Юань Хао, не раз прежде слышавший, как Баоцзы, рассказывая о садике, часто упоминает Цзю Лэлэ. — Вы же друзья?

Малыш замялся. Опустил в пол глазки-виноградинки. Положил в ротик пухленький указательный пальчик.

Ему не хотелось рассказывать папе о случившейся вчера драке. Да, папа учил его защищать слабых — эту роль он отдал невинно пострадавшей от злого языка Цзю Лэлэ маме — но также папа всегда повторял, что кулаками дело решать нельзя. Прибегать к ним стоит только в самом крайнем случае.

Баоцзы сомневался, что папа посчитает его случай таким уж «крайним». Начнёт ругать. Вдруг обвинит маму? Лучше промолчать.

— Папа, ты, навелное, плоголодался? — попытался сменить тему ребёнок, начав заискивающе строить папе глазки, но тот успел насторожиться, уловив в голосе сына странные нотки.

— Бессовестный толстячок, что ты скрываешь от папы?

— Папа, я не бессовестный, я холоший толстячок! — замотал головой малыш и уже тверже добавил: — Плосто Цзю Лэлэ — глупое яйцо, я больше не хочу с ним длужить.

Мужчина удивился таким переменам в их отношениях, но расспрашивать не стал. Дети, что с них взять? Сегодня поссорились — завтра помирились. Однако Лю Фан, осознав, что Баоцзы из-за неё решил не поднимать при отце неприятную тему, несмотря на робость перед возвышавшимся над ней мужчиной, бросилась на помощь сыну.

— Господин, вы с Баоцзы можете пока помыться, — нежным голосом предложила она, отпуская малыша и поднимаясь на ноги. — А я приготовлю вам поесть.

— Не зови меня «господин», — всё же не выдержал и впервые за сегодня напрямую обратился к нейЮань Хао. — Это… странно.

Девушка растерялась.

В её прошлой жизни это было обычным обращением к мужу. Неужели здесь всё не так?

— Тогда как мне к вам обращаться? — захлопала она глазами, подняв на Юань Хао невинный взгляд. — Брат Хао [1]?

От её голоса мужчину внезапно бросило в жар. Впервые в жизни Юань Хао по-настоящему смутился. Возникла неловкая пауза. Баоцзы, не понимая, что происходит, с любопытством смотрел то на маму, то на папу.