Книга Второй шанс для матери-злодейки, страница 15 – Диана Маш

Мамы других малышей выглядели опрятно, в красивых нарядах, стройные, на высоких каблуках. Их одежда была либо пастельных, либо приглушенных тонов. И только Лю Фан походила на белую ворону в ярко-желтом мешковатом платье без рукавов, облегающем ее толстые бока.

Сколько же нужно есть без перерыва, чтобы накопить столько жира? Месяц? Год?

Как любой молодой девушке, Лю Фан хотелось выглядеть привлекательно. Еще пару дней назад у нее была тонкая талия, которую можно было обхватить двумя ладонями. Теперь же ей казалось, что она похожа на свинюшку. Толстые щеки делали ее маленькое лицо круглым, как арбуз. Выглядело немного мило, но размыто. Непонятно, какие у нее черты?

— Юань Баоцзы [1]!— раздался вдруг писклявый детский голосок, и из-за их спин выскочил весело улыбающийся мальчик на год или два старше Баоцзы. — Ты почему не дождался нас с мамой? Кто тебя привел?

— Ты, должно быть, Цзю Лэлэ? — улыбаясь, обратилась к ребенку Лю Фан. — Баоцзы привела я — его мама.

Мальчик удивленно захлопал глазами, делая шаг назад и хватаясь за руку выступившей из толпы очень красивой молодой девушкив белой, слегка прозрачной рубашке и очень узкой юбке до колен. Пройдясь по Лю Фан внимательным взглядом, она слегка поморщилась. Почти неуловимо. Если бы Лю Фан тоже ее не разглядывала, она бы этого даже не заметила.

— Мама Юань Баоцзы? — воскликнул мальчик, заставив некоторых родителей обратить на них внимание. — Ты же говорил, что у тебя есть только папа?

Баоцзы смущенно покосился на Лю Фан, а когда она повернулась к нему, быстро отвел взгляд. Он не стал отвечать. Но в разговор вмешался еще один ребенок, уверенно заявивший:

— Это точно мама Юань Баоцзы. Смотрите, она такая же толстая.

— Да-да, толстая! — тут же подтвердил Цзю Лэлэ.

Некоторые из детей дружно закивали. Баоцзы резко поднял голову. Его маленькие глазки пылали от возмущения.

— Сами вы толстые. И мамы ваши тозе.

— Моя мама самая красивая, — тут же возразил Цзю Лэлэ и вцепился в ладонь своей матери еще сильнее. Та, в ответ, не стала его ругать. Даже слегка усмехнулась.

Покрасневший от злости Баоцзы сжал пухлые ладошки и уже собирался накинуться на обидчиков с кулачками, как его быстро перехватила Лю Фан. Наклонившись к ребенку, она спокойным голосом, но достаточно громко, чтобы услышали все находящиеся рядом люди, сказала:

— Все хорошо, мой сладкий. Не нужно драться. Только дети без домашнего воспитания говорят грубости. Ты же у нас самый умный, самый добрый, самый лучший малыш?

Ни капли агрессии, зато море здравого смысла. Баоцзы под напором мягкого голоса Лю Фан немного расслабился. Несколько раз бросил на неё колеблющийся взгляд и только затем разжал кулачки.

Осознав, что это камень в её огород, мама Цзю Лэлэ поджала губы и собралась было ответить, но ее сдержали осуждающие взгляды некоторых взрослых. Девушка резко одернула сына.

— Сейчас же извинись.

— Мама, но это не я сказал, что мама Юань Баоцзы толстая, а Сы Сяолун [2].

Услышав свое имя, Сы Сяолун испугался, что его тоже заставят извиняться. Даже не попрощавшись с бабушкой, он резко развернулся и побежал через ворота к дверям здания, у которых уже стояла воспитательница.

— Юань Баоцзы — твой друг, все равно извинись, — продолжила строго настаивать мама Цзю Лэлэ.