Книга Исповедь после распятия, страница 44 – Кристина Миляева

— Молю, господин, — теперь пришла моя очередь скулить и выпрашивать.

Я запрокинула голову назад, открывая тонкую шею. Кончик чужого языка скользнул аккурат по коже, но приторная ласка сменилась резкой болью. Именно её я ждала. Зубы герцога сомкнулись на ключице, оставляя отчётливый след от зубов, который несколько недель не позволит мне носить платья с вырезом. Но мне было нужно ещё. И он, словно читая мысли, кусал сильнее, при этом вбивая в меня с остервенелым напором. Вскрикнув от очередного укуса, я обхватила голову мужчины обеими руками, прижимая к своей груди. Во мраке допросной я смогла рассмотреть, что глаза Элиаля были безумными озёрами, на дне которых плясали черти.

Жаркая волна, обдавшая тело, заставила сжаться и заскулить от накатывающих ощущений финала. Мне было плевать, что вся канцелярия могла услышать нашу страсть и похоть. И без того весь замок по углам об этом шептался. Плевать! Особенно в это мгновение, когда эйфория пронизывала каждую клеточку тела, в голове был только чистый свет и яркие вспышки. Я по инерции двигалась навстречу движениям, но герцог был слишком внимательным любовником. Он склонился к моему лицу, снова сталкиваясь в поцелуе, больше похожем на попытку заявить свои права на другого. Мы кусали сильнее, чем было дозволено в обычных отношениях, и это нам нравилось. Я слышала, как шипел Элиаль, когда мои острые ногти снова разодрали до крови его кожу на спине. По телу бежали мурашки, а в венах взрывались фейерверки оргазма.

Когда любовник отстранился, внутри стало до неприятного пусто. Я тихо заскулила и выгнулась в пояснице. После пары размашистых движений по крепкому стояку он кончил мне на живот и грудь. Белёсая жидкость растеклась по коже и оставила следы. Усмехнувшись, я опустила ладонь ниже, задевая пальцами пятна на теле и собирая их кончиками пальцев.Нависающий надо мной мужчина, казался наваждением. Красивый, пылкий, горячий, как раскалённое пламя проклятия. И это всё лишь для меня одной.

Окунув два пальца в семя на своём животе, я развела их в стороны, будто изображая ножницы. Тонкая белая ниточка растянулась меж ними, и герцог зачарованно залип на этом простом и понятном действии. Я прекрасно видела, что даже сейчас, когда он еле дышал от оргазма, все его мысли были обо мне, он всё ещё смотрел лишь на меня. Усмехнувшись собственным мыслям и не сводя взгляда с мужчины, я взяла перепачканные пальцы в рот и втянула щёки, причмокивая и дразня. Элиаль глухо простонал и резко нагнулся, располагаясь меж моих широко разведённых ног. Быстрые, яростные движения языка на клиторе, три пальца, таранящие нежные стенки… Этого хватило с головой, чтобы я сорвалась в мощный оргазм, теряя связь с реальностью и ориентиры в пространстве.

Когда перед глазами немного прояснилось, и цветные пятна перестали бегать туда-сюда, я отдышалась и кое-как села на столе. Элиаль развалился на стуле и выглядел полностью удовлетворённым и выжитым. Лишь алый след от ремня красноречиво свидетельствовал о степени нашего с ним сумасшествия. Отдышавшись, всё же начала приводить себя в порядок, надеясь на то, что лишних вопросов не последует. Хотя прекрасно понимала, что у него их, скорее всего, будет пара сотен и всё, непременно, важные и нужные. Но тратить на это время не хотелось.