Книга Василиса, страница 9 – Николь Фенникс

— Так… какими судьбами, тебя занесло в Богом забытое место? — снова она обратилась ко мне. — Хотела проведать свою тётю, давно не виделись. — Я пыталась быть дружелюбной и даже выдавила улыбку. Тётя наоборот, немного напряглась.

— Увидеть? — как-то нерешительно вдруг произнесла она.

— Почему только сейчас? — чуть прищурившись и отойдя от меня.

— Много дел было, да и возможность выбраться появилась только сейчас. — Я была максимально спокойна. Может это мое поведение ее и подкупило и она, расслабившись, снова улыбнулась.

— Ну раз проведать, дак…может, выпьем за встречу?

— Ну… давай…выпьем.

Я мельком посмотрела на стол, на котором стояла «Четверть»* и аккуратно села на деревянную скрипучую табуретку. Тётка лихо подхватила бутылку дыхнула сначала в одну стопку, потом в другую. Поставила их на стол и разлила горячительный напиток.

— Так, подожди, у меня где-то были….- промямлила она, уйдя в соседнюю комнату и почти сразу вернулась с большой закруткой огурцов. Поставив на стол и открыв банку она снова подняла на меня глаза и улыбнувшись взяла свою стопку, я взяла свою.

— За встречу! — не дождавшись моего ответа, она поспешно чокнулась своей рюмкой о мою и разом выпила содержимое. После чего чуть поморщившись, достала огурчик из банки и быстро заела. Я проделала тоже самое.

От горечи во рту после самогона, мне не помог даже огурец. Я мельком посмотрела на нож на столе, который лежал с моего краю и снова перевела взгляд на свою тётку. Она уже начала вспоминать, что- то из моего детства, в какой-то момент мне стало не по себе, но когда она начала вспоминать о моей матери, мне уже совсем это перестало нравиться. В промежутках своих рассказах она поглощала самогон, не обращая внимания, что я не пью.

— Знаешь, — я её внезапно перебила, она чуть вздрогнула и посмотрела на меня. Я покрутила в руках пустую рюмку и посмотрела на неё. — Я ведь знаю, кто сдал моих родителей.

Тётка немного удивилась, открыв рот, как безмолвная рыба и чуть повела головой, делая вид, что не понимает.

— Это ведь была ты, — я пристально смотрела на неё. Ты их сдала тем людям. Сколько стоила жизнь моих родителей и сестренки? Чекушка? Две?

Тётка чуть подвигала плечом и слегка поморщилась.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь! Как ты могла вообще такое подумать!? Она же моя сестра! — чуть побив кулаком себя по груди и чуть брызнув слюнями. — Сее-страа! — снова растянув последнее слово.

Я хмыкнула и посмотрела в окно, уже игнорируя ее следующую, не всегда вменяемую речь, после чего встала. Она резко замолчала. Я посмотрела на нее, пристально, в глаза, начала обходить стол, чуть проводя по нему рукой.

— Но я приехала сказать, — уже подойдя к ней и смотря сверху вниз, — Что я тебя прощаю.

Тетка сглотнула смотря на меня, ее глаза внезапно начали наполняться слезами.

— Милая моя! Я же не со зла! Я испугалась! — начав реветь.

Я спокойно слушая ее «исповедь» распахнула объятия. Она на мгновение запнулась, смотрела на меня широко раскрытыми глазами, будто не веря происходящему. Медленно встала и обняла меня. Я, заключив ее в объятия, медленно погладила по спине, после чего моя рука опустилась на ее бок. Резкое движение.

Хрип.

Попытка вскрикнуть, я закрыла второй рукой ей рот и чуть прижала ее спиной к столу, для поддержки.