Книга Василиса, страница 23 – Николь Фенникс

Своего «хозяина», окружали еще четыре человека, которые внешне походили друг на друга. У одного даже ружье виднелось за спиной.

— Вечер в хату! — вдруг разрезал тишину своим голосом Олег и слегка улыбнулся, пытаясь сделать максимально доброжелательный вид.

Я чувствовала на себе взгляды мужчин в комнате, от чего мне становилось всем не по себе.

Мужчина, сидевший на диване, тоже сделал дружелюбный и вид и кивнул Олег, после чего жестом руки предложил ему сесть, но Олег решил остаться на месте.

— Я не на посиделки сюда пришел, — вдруг достаточно грозным голосом произнес он. — А решить дела с залетными гастролерами* тут, коим такими я вас считаю

Собеседник только усмехнулся, а его ребята явно напряглись.

— Не надо тут парафинеть!* — вдруг он ответил, голос достаточно хриплый и низкий, содержащий в себе небольшие нотки угроз. — Все предельно ясно, влияние я свое ограничивать в этом городе не собираюсь, а даже хочу укрепить и вряд ли кто-то мне помешает, кто уже пытался, землю сожрали, да забашляли* за это! — он чуть поерзал на диване, чуть выпрямился, демонстрируя свою уверенность и продолжил: — мы можем тут разойтись миром, но на моих условиях…я слышал про партии товара, которые вы хотитевыловить и, чтобы у вас проблем с мусорами не возникло, готов удружить, но требую восемьдесят процентов от партии.

Олег чуть грозно рыкнул, от чего мне стало совсем страшно. Я периодически поглядывала на Славу, ему явно все это не нравилось, но он был спокоен. Ведь мы тоже не с пустыми руками пришли.

— Ты мне эти понты* брось, я не позволю залетным тут свои условия ставить, я наоборот пришел сюда напомнить, какое место ты должен занимать тут, твоя хавка для рыбок поменьше, которыми ты и являешься. Это и жри, что останется, после меня. Тут в Москве, свои порядки и из-за таких чертяк*, как ты ничего переделываться не будет! — Олег казалось стал еще больше и страшнее, у него в голосе звучала стальная угроза, он явно не собирался решать это все мирными переговорами.

— Ты свой гнилой базар* брось! — Вдруг резко встав, чеченец злобно рыкнул. — Тут такое не проканает. Орел с мухами ничего делить не будет!

Тут Олег чуть рассмеялся.

— Орел? Это ты чтоль себя так провозгласил!? — явно с издевкой в голосе.

Но тот не успел ничего ответить, как в коридоре началась перестрелка сопровождающаяся матом.

Я тут же выхватила из заднего кармана пистолет, тоже и проделал Слава с Андреем. Ребята чеченца тоже не замешкались и один из них выстрелил, но мимо, Слава успел увернуться. Я кинулась за диван, за Андреем. Он, периодически выглядывая из-за него и стрелял. Я же растерялась на столько, что боялась пошевелиться, вот он тот самый момент. Но когда пуля почти рядом со мной пролетела, я будто ожила. Резко встав начала стрелять, но ни разу не попала.

Чеченец уже успел выскочить в коридор, но там его ждала западня. Мы с Андреем выскочили следом, там уже лежали трупы и его людей и наших, в неестественных позах, стены были в брызгах крови, запах уже стоял невыносимый. Перестрелка сместилась в другие коридоры.

Андрей выбежал вперед, но резко отпрыгнул за угол, пули просвистели буквально в сантиметре от его лица. Я притормозила, крепко сжимая ствол в руках. Он подал знак кивком головы, чтобы я приготовилась. И через мгновение мы оба выскочили из-за угла, стреляя. Андрей всадил пулю прямо в голову мужику, от отдачи которой, тот пролетел немного назад и ударился затылком об батарею, череп явно не выдержал этого удара и, упав на пол, он окрасил вокруг себя все своейкровью, сопровождая это легкими телесными конвульсиями.