Книга Пристрастное наблюдение, страница 63 – Николь Фенникс, Марта Солнечная

Я сбрасываю туфли и прохожу в просторную кухню-гостиную. Горит только верхний свет на барной стойке, а вся комната погружена в полумрак.

— Все еще холодно?

Стефан быстро скользит глазами по моей фигуре. Шуба сейчас выглядит неуместно и нелепо, но другой одежды у меня нет.

— Я сделаю тебе чай.

Он неторопливо подходит к ящикам, плавно достает чайник, насыпает заварку. Время тянется медленно и тягуче, как сироп. Пока кипит вода, он оборачивается, прислонившись поясницей к столешнице, и не сводит с меня глаз. И мне чудится во всем его облике столько недосказанности, что я сдерживаю себя изо всех сил. Его неподвижность обманчива. Я знаю, что он быстр и очень силен, а еще я знаю, что он защитил меня сегодня.

Не в состоянии усидеть на одном месте, начинаю бродить по комнате. Рассматриваю темные сумерки за окном и безлюдный двор. Замечаю свернутый кое-как плед на широком кожаном диване. Две книги на тумбочке. На корешке одной из них: Рик Янси «Ученик монстролога», вторая лежит развернутой. Подхожу и машинально перелистываю страницы.

Меня не напрягает его молчание. Его желания я вижу и так, по тому, как он складывает руки у себя на груди, сцепливая в жесткий замок. Как сводит челюсти и одним движением головы откидывает прядь волос со лба. Он тормозит себя, сдерживает. И это пугает меня.

— Я тебя совсем не знаю, — произношу я дрогнувшим голосом.

— Ты знаешь меня лучше всех, ласточка — напоминает Стефан о нашей переписке.

— Да. Но я не думала, что ты такой.

— Ну, извини, что разочаровал тебя, — Стефан жестко стискивает зубы, шумно выдыхая, — Ты бы хотела, чтобы на моем месте был кто-то другой?

— Нет, я быэтого не хотела, — отвечаю очень тихо одними губами.

Я понимаю, что мне удалось сказать именно то, что он хотел услышать по тому, какое ненасытное пламя разгорается на дне его глаз. Сколько же там разлито жарких обещаний и лихорадочных призывов. Взволнованная, я опускаю голову, чтобы больше не встречаться взглядами. Его тело, как будто каменеет, мышцы, обрисованные темной тканью, становятся четкими и рельефными. Выверенными движениями Стефан наливает чай. Как зачарованная, не отрываясь, смотрю на его руки в закатанной до локтя рубашке, на то, как он размешивает сахар и протягивает мне чашку.

Нерешительно пересекаю гостиную и подхожу к нему. Слышу его медленное и тяжелое дыхание. Забираю чашку, которую мужчина отпускает, только в тот момент, когда наши ладони соприкасаются. Его кожа такая горячая, что я всерьез боюсь обжечься. Меня обволакивает тепло его крепкого тела. Я чувствую запах табака и сандала.

— Я с ума по тебе схожу ласточка, — хрипло произносит Стефан, и в голосе его я слышу мольбу.

Он ведет носом от макушки по щеке к шее, где бьется венка и нежно, почти невесомо гладит ее подушечкой указательного пальца.

И тут меня сбивает с ног пониманием, что я не просто терплю его прикосновения. Сейчас все по-другому. Я ими наслаждаюсь.

Я отшатываюсь и резко отворачиваюсь в полном раздрае.

— Ну, что ты, ласточка? Что тебя так напугало? — он переходит на хриплый шепот, — Это же я. Не убегай.

И я замираю. Ну, как же я убегу, если сам сказал, что не отпустит? Стефан прижимает меня спиной к своей широкой груди, и я чувствую, как напряжены его мышцы. Я не делаю попыток отстраниться, и он сразу же этим пользуется. Ведет руками по вверх по животу к груди. Властным движением захватывает плечи, откидывает шубку и рывком разворачивает к себе лицом. Дыхание мое прерывистое и неглубокое. Стефан крепко прижимает меня за талию. Он больше ничего не делает, только сжимает в объятьях и смотрит. Не в силах преодолеть молчаливый призыв, я вскидываю голову и вижу, как в его глазах плещется расплавленное серебро.