Книга Драконово логово. Развод столетия, страница 49 – Эва Кертис

Да. София, словно кусочек маленького пазла от моего сердца, занимает отведенное ей место. И я не сдерживаясь, крепко обнимаю ее.

— Спасибо, — шепчу ей.

Тонкие руки с мозолистыми от усердного труда пальцами аккуратно ложатся мне на спину.

— Не за что, Аврора. Совершенно не за что.

Внизу громко хлопает дверь и раздаются тяжелые шаги мужа. И мне бы уже по ним понять, что в наш дом заглянула буря. Но окрыленная поступком Софии, я совершенно не замечаю, что над моей головой сгущаются тучи.

Дверь в мою комнату резко распахивается, а в проеме высится разъяренный непонятно чем муж.

— София, выйди. Живо! — командует он.

Я даже не успеваю возмутиться таким пренебрежительным отношением к ней, как она бросает на меня испуганный взгляд и вылетает из комнаты. Ну да, перечить Бернарду в этом доме осмеливаюсь только я. Ну и, может, Кассандра.Одним из известнейших способов, чтоб ей пусто было.

— Вы не в настроении, муженек? — как можно невозмутимее спрашиваю его.

Дверь снова грохает, но уже за его спиной. В комнате мы остаемся совершенно одни. И вновь меня окутывает знакомое колючее ощущение, будто температура воздуха резко становится ниже. Я зябко повожу плечами, сдерживая порыв обхватить их. Лицо Бернарда словно почернело от сдерживаемой злости. Дыхание с рыком вырывается из его груди.

— Берна… — начинаю я.

— Заткнись, Аврора. Заткнись! — он поднимает руку и демонстративно сжимает ее в кулак. — Я на волосок от того, чтобы по собственной воле не стать вдовцом. И по законам нашего мира как твой муж имею полное право спросить с тебя за измену.

От немого изумления вытягивается лицо. Измена?! Да когда бы я успела?! С кем?! А потом нехорошая догадка снисходит озарением. Аврора! «Хотя подождите, — хмурюсь про себя, — а она когда бы успела? Если четыре года провела практически в вегетативном состоянии?»

— Скажи-ка, дорогая женушка, — Бернард начинает потихоньку наступать на меня, заставляя пятиться к стене, — на что ты рассчитывала? Мм? Думала, я не узнаю?

— Я пока совершенно не понимаю, о чем вы, дорогой муж, — пытаюсь потянуть время.

— Врешь! — рявкает он так, что, кажется, стены дрожат. Хватает стоящую на столике вазу и швыряет через всю комнату. Звук бьющегося стекла тревожно отдается внутри.

— Бернард! — вскрикиваю я. — Да в чем дело?!

— В чем дело?! Ты меня смеешь еще и спрашивать?! Так я тебя просвещу!

Он подлетает ко мне в один шаг, больно обхватывает за шею и максимально приближает свое лицо к моему. Его глаза во всю полыхают ненавистью, которая сейчас, словно ощетинившаяся кошка, обращена против меня. Это пугает и ранит. Неожиданно его поведение приносит боль. Особенно острую сейчас, когда я уже понадеялась что мы найдем взаимопонимание.

— Мне больно, — шиплю сквозь зубы и пытаюсь вырваться на волю.

Но куда там. Цепкие пальцы так сильно впиваются в кожу, что будет чудом, если завтра на ней не останется синяков.

— Мне тоже больно, Аврора. Ты уже четыре года приносишь мне одну боль! Ложь — твое второе имя! Как я мог тебе поверить? Как повелся, дурак, на твое преображение! Я теперь понимаю, к чему весь этот нарядный маскарад. Но мне придется разочаровать тебя и твоего любовничка. Ты моя жена! Как бы мерзко от этого мне ни было!

Неожиданно на запястье опускается что-то холодное, а затем в комнате раздается щелчок. По руке колючим морозом пробегает волна странного тока. Не больно, но ощущения неприятные. Я начинаю трясти рукой, чтобы сбросить непрошеное украшение. Бернард же с мрачно-довольным видом отходит в сторону и наблюдает за моими жалкими потугами.